Старший лейтенант корчился от холода, его сердце колотилось так громко, словно оно знало об этой встрече и ждал шока. Воцарилась тишина; даже дежурный бессильем умирал на пороге своей кабинета, а Корнев медленно приходил в себя после того, как услышал строгое приказание - бросить курить....
- Прямо вот такая при такая? Студентка?
Веня аж подскочил:
- Высокая, стройная, глазища как блюдце.
Зверев готов был застонать, но сдержался Веня смотрел на своего нового руководителя глазами изголодавшегося щенка. «Да уж, - подумал Павел Васильевич, Корнев меня убьёт, когда узнает, что в моей группе появился ещё один истинный ценитель женщин».
- Беги к своей студенточке!
Веня тут же схватил со стула пиджак, и надевая его на ходу, пулей вылетел из кабинета. Зверев плюхнулся на стул и позвонил в дежурку:
- Ведите ко мне этого.
Зверев сел за стол, откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Образ Зиночки таял, больная спина снова напомнила о себе, но Зверев чувствовал себя героем, он убеждал себя, что поступил достойно и даже сравнивал себя с легендарным Данко, вырвавшем из груди собственное сердце. (Данко - герой рассказа Максима Горького). Усевшись на предложенный ему табурет, Боголепов положил на колени свою трость и устремил на Зверева пронзительный взгляд своих бесцветных глаз.
- Как ваша спина? - первым делом поинтересовался Зверев.
- Уже лучше, как я и говорил, - сказал Боголепов, щурясь не то от яркого цвета, не то от того, что был подслеповат.
- Вы уж извините, что заставили вас ждать. Я задам несколько вопросов и постараюсь вас не задерживать. Вы наверное гадаете зачем вас сюда привезли?
- А отнюдь. Мне не привыкать, что меня вот так, можно сказать под руки, вытаскивают из дома и куда то ведут.
Зверев едва не поперхнулся, подарил ухмылку и тут же сделал серьезное лицо:
- Вы возможно ещё не поняли, куда и зачем вас привезли?
- Разве это не милиция? - с некоторой долей удивления воскликнул старик, - меня сюда доставили люди в гражданской одежде, но я успел прочесть табличку при входе.
- Ваша наблюдательность делает вам честь.
Старикашка хмыкнул:
- Вы, очевидно, видите во мне лишь дряхлую развалину, но меня ещё рано списывать со счетов. К стати, это здание я сразу узнал, здесь во время войны находилась окружная военная полевая комендатура. Впрочем не стоит об этом вспоминать, говорите же что я должен посмотреть?
«Он же антиквар», - только сейчас Зверев догадался, что старик имеет в виду.
