Автор
Когда мать разлучилась со своим мужем, семилетний Саня тихонько устроился на кухне, чтобы не мешать их беседе. Долгое время ни слова не шелохнуло звучавшие за дверью взрослые голоса. Но однажды мальчик был поражен: услышал тихую ссору между матерью и отцем. Романовские "Крестовский треугольник" — тема, поднимающаяся в грохоте семейных скандалов, слезах и молчаливых ночах....
Звонок раздался ближе к вечеру, когда Роман ехал по Невскому в сторону центрального офиса. Увидев на экране заветную фамилию, мужчина тут же нажал ответ:
— Да!
— Привет! – голос был взволнованным. – Есть новости. Сможешь подъехать на Мойку?
— Буду через десять минут!
Подъезжая к зданию Центрального Следственного Управления, Роман сразу заметил фигуру Петрова, курившего возле крыльца. Остановив машину неподалеку, Крестовский посигналил. Лев затушил сигарету и быстрыми шагами направился к автомобилю.
Обдавая запахами улицы и табачного дыма, криминалист ловко уселся рядом и протянул ладонь для рукопожатия.
— В общем, я все узнал, и мне даже удалось кое-что сделать. Но новости не очень. — Он поджал губы. – Начну с хорошей. Вересов добровольное не написал. А теперь плохие. Золотарёв побеспокоился, чтобы друга твоего в пресс-хату засунули. Хотел немного пообломать, но сидельцы перестарались. Я уже договорился, чтобы Вересова из санчасти Крестов перевели в больницу. Он в СИЗО до завтра вряд ли бы дотянул. Там, знаешь, мало, кого лечат.
Роман почувствовал, как в груди гулко ухнуло; в глазах потемнело. Пытаясь побороть внезапный приступ духоты, он открыл окно и с силой втянул холодный воздух, ворвавшийся с улицы в салон.
— Где он?
— Сейчас, погоди. Я еще не закончил. Я узнавал, у Золотарёва на Вересова, кроме твоих показаний, ничего нет. Вот он и решил повысить раскрываемость старым дедовским способом. Но как бы сейчас жестоко ни прозвучало, это нам на руку. Нельзя первоходов к рецидивистам сажать.
— Куда?
— В больницу к твоему ненаглядному.
Роман пропустил подколку Лёвки мимо ушей и, повернув ключи в замке зажигания, вырулил на дорогу.
***
Подойдя к железной двери с надписью «Реанимация», Лев нажал на звонок.
Женский голос из динамика спросил:
— Вы к кому?
— Центральное следственное управление по Санкт-Петербургу. Откройте!
Зеленая лапочка замигала, послышался писк домофона. Петров потянул ручку на себя и смело ступил в коридор.
Навстречу им выбежала молоденькая женщина в бирюзовом хирургическом костюме и мягкой голубой шапочке.
— Здравствуйте! Вы только, пожалуйста, бахилы надевайте. Халаты можно взять на вешалке.
Мужчины послушно подчинились.
— Вы, наверное, в десятую. К тому, которого сегодня утром под конвоем привезли, – уточнила она.
Лев кивнул.
— Пойдемте, я провожу, – легкой бесшумной походкой девушка направилась вглубь отделения.
