Автор
Когда мать разлучилась со своим мужем, семилетний Саня тихонько устроился на кухне, чтобы не мешать их беседе. Долгое время ни слова не шелохнуло звучавшие за дверью взрослые голоса. Но однажды мальчик был поражен: услышал тихую ссору между матерью и отцем. Романовские "Крестовский треугольник" — тема, поднимающаяся в грохоте семейных скандалов, слезах и молчаливых ночах....
— Да-а, братан! Попал ты… — сочувственные речи, заставляли ещё больше стыдиться, словно Санька сделал что-то очень-очень плохое. — Трахают они тут друг друга…
— Я не понимаю… — шептал Санька себе под нос, едва не плача."
"— Чего, правда, не понимаешь? Ну, это когда мужики запихивают писюн друг другу в жопу, — пытался просветить друга Борька.
— Нет! — Саньку внезапно охватила такая злость, что он с силой толкнул гостя и заорал. — Врёшь ты всё! Понял?! Мой папка не такой! Понял?!
— Ах ты! — Борька кинулся на него с кулаками.
— Эй! Пацаны, брейк! — вошедший в квартиру Андрей подскочил к дерущимся мальчишкам. Стараясь расцепить натужно пыхтящий комок, он с силой схватил обоих за шкирку и, слегка придушив, как котят, растащил в разные стороны.
— Почто бьёмся?! — весело спросил он. Но оба мальчика молчали, зло сверкая друг на друга глазами.
— Пустите меня! — Борька дёрнулся из рук.
Подхватив рюкзак с тетрадками, он молча всунул ноги в кроссовки и, не глядя ни на Андрея, ни на Саньку, недовольно буркнул: «До свиданья!» — громко хлопнув за собой дверью.
— Может, расскажешь, что тут у вас произошло? — парень посмотрел на мальчика.
Санька до синевы стиснул губы, чтобы не разрыдаться перед этим… этим… он даже не находил слов хоть как-то назвать в эту минуту друга отца.
— Саня! — мужчина хотел было ринуться за ним следом, но громкий хлопок межкомнатной двери остановил его.
***
На пороге квартиры Романа встречал озадаченный Андрей.
— Что-то случилось?
Парень пожал плечами.
— Я пришёл, а тут Санька и какой-то мальчишка катаются по полу. Мутузят друг друга. Попытался поговорить с Сашкой, но он закрылся в комнате. Попытки разговора через дверь ни к чему не привели, — перейдя на шёпот, он добавил: — Кажется, он плачет.
— Плачет? — лицо Романа стало тревожным.
Он подошёл к двери, отделявшей Санькину комнату от гостиной.
— Саня, сын! Это я. Открой, пожалуйста, — из комнаты слышались всхлипывания. — Сын. Ну, открой же. Надо поговорить.
— Не хочу я с тобой разговаривать! — глухо прозвучал голос. — Уходи!
— Сань, ну ты можешь толком рассказать, что произошло? Мы с Андреем волнуемся.
