Автор
Сверкающий мрак ночи и яркое пламя огня составляют фон для ночной трагедии: Ева, муж Евы, и Маша, жена его сына Ярика, объясняют в суде, как исчезли их семьи. Взоры молодых людей пронзительно встретились в последний раз - Кричи громче! — вырывается из глубины сердца каждого из них, перед тем как все затихло навеки....
– Он-то в курсе, что мы здесь! Нас неделю нет! Не может быть, чтобы наши к нему не ходили. Как это вообще понимать?
– Не знаю, Маш. Мне тоже непонятно. Устал голову ломать, что могло случиться.
– Он ведь вроде не сволочь, чтобы намеренно нас здесь держать?
– Нет. Намеренно, точно, нет.
– Что же мы будем делать, Яр? – слышу, как голос начинает дрожать.
Градский крепче сжимает мой затылок и толкает совсем близко к своему лицу. Соприкасаемся кожа к коже. И глаза одновременно прикрываем."
"– Я не знаю, Манюня.
– Мне с тобой… Я рада, что мы здесь вдвоем, – признаюсь почти шепотом.
– Я тоже. Но было бы правильнее, если бы я тебя не брал.
– Нет, нет… Ты что? Если бы осталась дома, умерла бы, не зная, где ты.
– Машка…
– Мы всегда вместе, помнишь, Яр?
– Всегда.
– И здесь…
– Справимся, – заканчивает он за меня.
– Да, справимся. С тобой мне не страшно. А тебе со мной?
– Э-э… Как бы мне, в принципе, не бывает страшно, – привычно хорохорится.
– Ой, ну, конечно… Гроза района, – смеюсь.
– Не, гроза района – это ты, Титова. Я просто Божище Градский.
– Ярополк Великий, блин!
– Ага, – важно кивает. – И весь твой, святоша. Пользуйся.
– Я пользуюсь.
– Мало.
– Кому это мало? Мне хватает.
– Мне – мало.
– Ярик… Какой же ты… Ярик!
– Ага.
Глава 9
Ярослав
Распечатываем вторую неделю. Скручивается восьмой день, девятый, десятый… Сука, десять суток! Десять чертовых суток! Оставаться вменяемым становится очень сложно. На мозги давит все и сразу. Замкнутое пространство, тишина, темнота… Стены будто сжимаются. Кислорода словно все меньше. Накручивает? Когда мы с ума сходить начнем? Или уже?
– Ярик… Яр… – шелестит Машка в шею.
Дыхание спирает, когда обнимает со спины. Всем своим идеальным телом прижимается.
Рота, подъем, бл*дь!
– Мм-м? – отзываюсь бессвязно.
– Не спишь?
Она совсем ни хрена не соображает, когда вот так касается губами моего затылка? Все волоски по телу дыбом встают. И не только волоски, да… Эрекции болезненная, раскаленная, ноющая. Член явно готовится к прочим херам отвалиться, если в ближайшее время не поместить его в благоприятную среду.
