В трех взводах разведчиков шли по болотам в поисках мертвой птицы, чьи выкрики были последней надеждой на спасение. Время казалось бесконечным, а тьма вокруг лишь усиливалась, придавая ужасный смысл их безнадежной миссии.
— А у меня что же, есть какой-то другой выбор? — угрюмо спросил Стариков.
— У каждого человека выбор только один — постараться не умереть, — философски заметил полковник.
— Да, — коротко ответил Стариков.
* * *Как и до этого Лысухин, Стариков прекрасно понимал, что против него ведется психологическая игра. Стариков понимал также, что эту игру он обязательно должен выиграть. От этого зависел успех операции, ради которой он очутился в немецком плену. Тут главное было не переиграть. Точнее сказать, согласиться на условия немецкой стороны не слишком скоро, но при этом и не слишком тянуть, не соглашаясь.
Впрочем, в процессе общения с немецким полковником Стариков слегка изменил свои планы. Он довольно-таки скоро понял, что представляет собой этот полковник. Образно выражаясь, Стариков полковника раскусил.
На этом Стариков и решил сыграть. Поупрямившись для видимости, он очень скоро согласился на предложение полковника о сотрудничестве, изобразив при этом и угнетенность, и растерянность, и страстное желание выжить во что бы то ни стало. Он рассчитывал, что прямолинейный и самовлюбленный полковник поверит в эту игру — и полковник, похоже, поверил.
"Конечно, могло быть и такое, что Стариков ошибся в своих расчетах и этот полковник гораздо умнее и изворотливее, чем Старикову показалось.
