Поезд медленно поднимается, дыша тяжелым вздохом, будто искушенный долгими невзгодами. Лес устремляет черные шляпы по обочиям, склоняясь над ветвями и листьями. Ночь становится непривычно мрачной, как бы приближаясь к вагонам. Но лишь звезды, словно случайный заходящий солнце, ярко размазывают свою синеву над бездой ночи, и время от времени виднится далекое летнее светило....
Прошло достаточно времени, чтобы понять, что операция пошла не по плану, потому что никаких выстрелов не было слышно; паровоз дал прощальный гудок уже где-то далеко от предполагаемого места нападения.
– Товарищ капитан, – с беспокойством обратился он к Орлову, – слышите? – И кивнул в сторону Инжавино, откуда донесся пронзительный гудок. – Бандиты или затаились, или их там вовсе нет.
– Действительно, странно все это, – сказал Шишкин и испуганно взглянул на хмурое лицо Орлова, которое в неярком полусвете оранжевой ранней зорьки заметно наливалось краской: по-над скулами ввалившихся небритых щек катались тугие желваки, а в глубине потемневших глаз зарождался огонь праведного гнева.
Было очевидно, что расчеты на то, что бандиты попадутся на удочку и налетят на поезд с затаившимися в одном из вагонов автоматчиками, не оправдались.
– Твою мать! – грязно выругался Орлов, и окружающим стало не по себе от его хриплого голоса, словно Клима кто-то вдруг схватил за горло. Он несколько раз широко открыл рот, хватая лесной, с утра прохладный еще воздух, судорожным движением выхватил из кобуры пистолет, нервно махнул рукой вперед:
– Двигаем, в темпе! – И первый поспешил в чащу, за ним его сотрудники и автоматчики.
Вначале шли не так ходко, настороженно, прислушиваясь к лесным звукам. Потом, с каждой минутой убыстряя темп, вскоре уже бежали, не разбирая дороги, подныривая под толстые сучья, отмахивая ветки от лица, чтобы не выстегать глаза.
Не прошло и десяти минут, как группа выскочила к железной дороге, по другую сторону которой уже стояли, тяжело дыша, три взвода автоматчиков, ушедших ранее в окружную.
– Товарищ капитан, – обращаясь к ротному Ханину, крикнул из-за насыпи младший лейтенант Торжко, – нэма бандюгов! Як туман испаривси! А може, их и ни було здеся сегодня! А може, и мисто не то!
Ханин по-волчьи, всем корпусом, развернулся в сторону Орлова, вопросительно взглянул на него: что скажешь, начальник?
Орлов, сам очень похожий в эту минуту на загнанного зверя, беспорядочно метался возле кромки леса, пристально оглядывая прилегающую местность.
– Место то самое! – повеселевшим голосом сообщил он, и два раза топнул ногой, впечатав каблук сапога в мягкий дерн. – То самое, – твердо повторил Орлов и указал на густую, колыхавшуюся на легком ветру листву над головой.
