Поезд медленно поднимается, дыша тяжелым вздохом, будто искушенный долгими невзгодами. Лес устремляет черные шляпы по обочиям, склоняясь над ветвями и листьями. Ночь становится непривычно мрачной, как бы приближаясь к вагонам. Но лишь звезды, словно случайный заходящий солнце, ярко размазывают свою синеву над бездой ночи, и время от времени виднится далекое летнее светило....
Мощный грохот глухим эхом качнул лесную тишину. От взрыва внутри пещеры обвалился потолок, сложенный из деревянных плашек; дверь, державшаяся на одной петле, оторвалась и улетела в воду. Из самого нутра логова наружу вырвался язык пламени, черный мазутный дым повалил к небу, извиваясь и путаясь в кронах деревьев.
– Подарочек, – ощерился Ханин, сильно довольный произведенным эффектом, – от свечи огарочек!
Обратно к машинам шли не особенно торопясь, с опущенными головами, сосредоточенно глядя себе под ноги, как будто возвращались с поминок.
Ханин, шагая рядом, незаметно поглядывал на него, изредка ободряюще говорил:
– Ничего, Орлов, наше дело правое, победа будет за нами. Брось кручиниться, все равно мы их поймаем! Сколько веревочке ни виться, а конец будет!
Наконец солдаты погрузились на полуторки. Орлов за руку попрощался с Ханиным, растягивая ссохшиеся губы в страдательной улыбке, и, с неохотой ворочая языком, сказал:
– Ты, капитан, поезжай со своими людьми в Тамбов, а я со своими ребятами загляну в Инжавино, проведаю местного участкового.
* * *Час спустя милицейский автобус уже въезжал в пригород. Районный центр встретил оперативников необычной тишиной, как будто перед их приездом улицы и переулки по непонятной причине неожиданно опустели.
– Что за ерунда? – озадаченно проговорил Орлов, с изумлением разглядывая пустынные улицы, по которым ветер гнал серую пыль, обрывки газет, куриный пух и прочий мусор.
– Сам диву даюсь, – вторил ему Журавлев, с недоумением вертя головой по сторонам и напрасно стараясь увидеть хоть одно живое существо. Сегодня даже собаки куда-то пропали.
– Должно быть, на Марс переместились, – невесело пошутил Васек, придерживая у рассеченной брови смоченный давнишним йодом ватный шарик. – Ау, люди, где вы?
И тут провидение неожиданно смилостивилось к приезжим. Орлов взволнованно крикнул:
– Заболотников, друг ситный, ну-ка, подкати вон к той барышне! – И указал пальцем в окно.
Находившиеся в салоне автобуса пассажиры, как по команде, одновременно повернули головы вправо и с любопытством уставились на одинокую стройную фигуру, показавшуюся в глухом проулке. Высокая девушка торопливо шла по тротуару вдоль палисадников, время от времени испуганно озираясь по сторонам. Она прижимала к себе красную сумочку, выглядевшую на фоне цветастого платья ярким пятном.
