Автор
В далекой стране Советского Союза после войны началось празднование первого Кристианских Рождественских дней. Разукрашенная ель висела в уютных коридорах магазинов, как чужеземный обычай от Петра I, то разрешали, то запрещали... В первые годы СССР новогодние украшения еще были запретлены, но Рождество наступило, и страна озарилась праздничным светом....
Евгения только отошла от лестницы в сторону, как сразу споткнулась обо что-то и чуть не упала.
– Подожди, сейчас глаза привыкнут, – прозвучало рядом, заставив ее вздрогнуть.
Неожиданно зажглась лампочка. Помещение подвала было таким большим, что по углам прятались тени.
В нескольких шагах от них, привалившись спиной к большой коробке, сидел Александр Севастьянов. Женя пронзительно закричала, захлебнувшись прерывистым плачем. Он был полностью раздет. Никаких пугающих изменений, вытянутой морды или оскаленной пасти.
Аникеев тронул его за плечо, и Александр завалился на бок.
– Окоченел уже, – прокомментировал Андрей Андреевич. – Немудрено, холодно здесь, как в морозильнике.
– Но… я же видела! – стараясь не смотреть на мертвого парня, растерянно сказала Женя. – Мы видели, с этим… Борисом!
Аникеев не обратил на эти слова никакого внимания.
– Вот он, «мутант» ваш.
Из подвала вылезали в обратной последовательности.
– Зачем вся эта фикция? – хмуро спросил Бакунин. – Для красоты?
– Так, на всякий случай, – ответил бывший участковый, думая о чем-то своем.
– У инвалида – мертвецы в подвал спускаются «на всякий случай», вы – тоже на какой-то случай намекаете…
– А вот вы на что намекаете?! – Андрей Андреевич повернул голову и искоса посмотрел на Сергея, и тот отвернулся, не выдержав пронзительного взгляда.
– Пойдемте лучше с вашим директором разберемся, – прибавил бывший майор.
– Как же так?! Как же?! – не могла успокоиться Алексеева. – Я же видела, у него глаза светились и зубы… то есть клыки.
– Колясочник был рядом? – поинтересовался отставной майор.
– Он меня и спас! – Голос девушки задрожал."
"– Хм… спас, говорите… Вот простой пример: вы видите муху у него на лбу? – Аникеев показал на Макса.
