Маленький оборотень из деревни лежал на раскалённой земле, истощённый и безутешен. Тысячи проблем его окружали — голод, жажда, холод и непреодолимая сила магии. Над ним стоял выбор: оставаться оборванцем или взяться за волшебную курицу и стать настоящим герлом, но вот с какими последствиями......
Обе отпрыгнули в кусты и уставились на него блестящими человечьими глазами. – Погодите же, погодите! – закричал Фабиан, нацелился в одну из них и пустил камень.
– Невежа! С чего это он швыряет камнями в честных людей, которые в поте лица своего трудятся в саду ради хлеба насущного, – заквакала прегадкая маленькая старушонка, сидевшая у дороги.
– Идем, идем! – в ужасе забормотал Бальтазар, отлично видевший, как лягушка превратилась в старуху. Глянув в кусты, он убедился, что и другая лягушка стала маленьким старикашкой, который теперь усердно полол траву.
Перед домом расстилалась прекрасная большая лужайка, на которой паслись оба единорога; в воздухе лились дивные аккорды.
– Видишь ли ты? Слышишь ли ты? – спросил Бальтазар.
– Я ничего не вижу, – отвечал Фабиан, – кроме двух маленьких пони, которые щиплют траву, а в воздухе, надо полагать, слышатся звуки развешанных где-нибудь эоловых арф.
Простая благородная архитектура одноэтажного сельского домика, соразмерного в своих пропорциях, восхитила Бальтазара.
– Ты погляди, – обратился Фабиан к Бальтазару, – ты погляди только, какая дурацкая ливрея! Ежели захочешь дать этому парню на водку, то где же у него руки, чтобы сунуть монету в жилетный карман?
Он повернулся к страусу, ухватил его за блестящие мягкие перья, распустившиеся на шее под клювом подобно пышному жабо, и сказал:
– Доложи о нас, дражайший приятель, господину доктору.
Но страус ничего, кроме «квиррр», не ответил и клюнул Фабиана в палец.
– Тьфу, черт! – вскричал Фабиан. – А паренек-то, пожалуй, и впрямь проклятая птица!
Тут отворилась дверь во внутренние покои, и сам доктор вышел навстречу друзьям: низенький, худенький, бледный человек! Маленькая бархатная шапочка покрывала его голову, красивые волосы струились длинными прядями.
