Автор
Мишка быстро принес воды к столу для лечения раненого Руслана. После нескольких глотков водички и откашливания, взгляд Шатунова стал мрачным и безжалостным — как камень на льду реки в зимнюю пору. В комнате царила тихая атмосфера смерти и неизбежности: холодный воздух сквозил просторной комнатой, словно облака над горизонтом заливают его серебряным светом....
Нет греха в честном деле. Так что не слушай их. Глупые они, – повторил Руслан, задумчиво барабаня пальцами по столу. – Как они хотят тебе второе письмо передать?
– Не знаю, – качнул торговец головой, медленно оглаживая бороду. – Наверно, опять сами придут или через кунака пришлют. Не знаю.
– А кунак твой где живет? – подумав, спросил Шатун.
– Аул Надар-юрт знаешь? Там.
– Благодарю тебя, уважаемый. Это все, что я хотел у тебя узнать, – закруглил Руслан разговор.
– Я могу дальше торговать? – вдруг спросил горец.
– Конечно, – развел Шатун руками. – Я торговлей не занимаюсь, я бандитов ловлю.
– На базаре говорят, кто тебе поперек дороги встал, долго не живет, – помолчав, осторожно отозвался торговец.
– Не в этом случае, – усмехнулся Шатун. – Гонца не душат, посредника не убивают. Ты честный человек, и ты только посредник. Ступай с миром и ничего не бойся.
– Храни тебя Всевышний, князь, – склонил торговец голову и, поднявшись, вышел.
– Так, браты, – помолчав, вздохнул Руслан. – Аул этот надо под колпак взять, чтобы не упустить момент, когда непримиримые с весточкой приедут.
– Сделаем, княже, – решительно кивнул хорунжий.
– Я пойду, – вдруг заявил Роман. – И молодых своих возьму. Пусть учатся правильно зверя выслеживать.
– Это еще не все, – вздохнул Шатун. – Твоей команде придется в горах сидеть до того момента, когда непримиримые обратно с деньгами пойдут. Вот тогда вам придется их обстрелять и отбить деньги. А когда мы подойдем, показать тропу, по которой они в долину спускаются.
– Все сполним, княже, – подумав, азартно пообещал Роман.
– Парней береги, – буркнул Руслан, вздыхая. – В драку очертя голову не лезьте. Обстреляли их, и в сторону. Главное, снять того, кто с деньгами поедет, и не дать горцам к мешкам подойти.
Непримиримые не признавали бумажных денег, и выкуп всегда брали только монетой. Серебром, а при особой удаче золотом. Так что про мешки было сказано не для красного словца. Купец собрал выкуп в серебре, а это два весомых мешка, которые просто так не утащишь.
– Коня бить придется, – скривился Роман. – Ну да ничего не попишешь.
– Кладите и коня, и всадника. Наглухо, – жестко приказал Руслан. – Деньги их главный повезет, так что заодно и накажете.
– Добре. Сделаем, – решительно кивнул следопыт.
– За торговцем-то этим ходить станем? – уточнил хорунжий."
"– Не надо. Аул под колпак. Заодно узнаем, как часто туда непримиримые приезжают. А главное, сделайте так, чтобы про вас ни одна собака не пронюхала.
