Первый русский исторический детектив о преступлениях и преступниках от эпохи Петра до XX века. Появление тайн уголовного мира и жестоких событий вызывает напряжение. История связана с поисками истины и судьбами знатных личностей.
Раздел Chitat.online для книги «Кровавая плаха» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
Нам Эффенбах поручил, Мы сегодня допрашивали весовщика на Смоленском вокзале. Он вспомнил приметы сдававшего: маленький, говорит, щуплый и невзрачный, судя по красной морде, пьет сильно, да и голос у него сиплый. Адрес дал, конечно, фальшивый. Эффенбах думает, судя по «бедной роскоши» белья, что убитая была проституткой. Если это так и девица зарегистрирована в полиции, то по инициалам найти ее — дело плевое.
— Да, с этими девицами — одна морока… И все-таки: найдут убийцу или нет?
— Он назвал, конечно, выдуманные фамилии, но обе начинаются с буквы В. От волнения, возможно, произнес первую букву своей фамилии. Да еще в посылку засунул зачем-то небольшую гладильную плаху, которой обычно пользуются в гостиницах и меблированных комнатах. Наследил, одним словом.
У Викторова бешено колотилось сердце, крутились в голове тревожные мысли: «Сыщики издеваются надо мною! Они ведь все мои приметы назвали, даже о меблированных комнатах смекнули! Сейчас арестуют!»
Нет, не арестовали. Дошел Викторов до своей комнаты, упал ничком на кровать и дико, как подстреленный волк, завыл.
До развязки оставалось еще три дня.
Сыщики проверили по спискам всех московских проституток. Нашли троих с инициалами А. Н. Две из них были в наличии. Третья, Анастасия Новичкова, числилась уехавшей на родину — в город Углич.
Пришли в меблированные комнаты, Тамара сообщила, что Викторов забрал вещи Новичковой.
Отправились к Викторову. Того не было дома. Отмычкой открыли дверной замок.
Через три минуты обнаружили следы крови в щелях паркета и на постельном белье. Под клеенкой на столе лежала квитанция, которую выдал весовщик Смоленского вокзала.
Двумя часами позже Викторова нашли на ипподроме. Он сидел на трибуне. Привезли к Эффенбаху. В комнате было много народа.
— Подведите его к столу, — приказал начальник.
Викторова подвели поближе. Он вдруг заорал:
— Нет, не надо! Все расскажу, только не показывайте…
На столе стояла знакомая корзина.
…Суд определил меру наказания — 14 лет каторги.
На Сахалине товарищи невзлюбили Викторова. Ночами он громко стонал и кричал: ему снилась Настя. Товарищи просыпались, ругались, били несколько раз — не помогало.
Когда бодрствовал, то страшно тосковал лишь об одном: о московском ипподроме и бегах.
После того как Викторов отбыл почти пять лет каторги, его нашли в сарае висящим в петле. Может, сам в нее влез, а может…
На каторге и не такое случалось.
