Кровавая Луна завораживает своим мрачным светом, как и королевство Ревность — мир грехов и искупления. В этом поэтическом эпосе Норвегии Ю Несбё создает пугающую атмосферу смертельной опасности, где каждый шаг может обернуться кровавым проклятием.
В каком-то смысле это можно было назвать практически упражнением. Проблема заключалась в том, что дом находился прямо возле Третьей кольцевой дороги и к трассе шёл густой чёрный дым, поэтому сюда и приехали сотрудники отдела дорожного движения. К счастью, обычно оживлённое по пятницам движение из города утихло, но с холма, на котором сейчас находился Брисайд, он видел фары машин — по крайней мере тех, что не были окутаны дымом, — неподвижно стоящих на автостраде. По данным отдела дорожного движения, в обоих направлениях от перекрёстка Сместад до Уллевола были заторы.
Брисайд подошёл к полицейской машине. Женщина-офицер опустила стекло.
— В конце концов, тебе, наверное, стоит пригласить сюда кого-нибудь из своих коллег, — сказал он.
— Вот как?
— Видишь вон того? — Брисайд указал на пожарного постарше, стоявшего рядом с одной из машин. — Мы зовём его Нюх. Потому что он во время пожара способен уловить этот запах среди всех остальных. Нюх никогда не ошибается.
— Этот запах?
— Этот запах.
— Какой именно?
Она была глуповатой? Брисайд откашлялся.
— Когда у тебя барбекю, повсюду пахнет барбекю.
По её лицу он мог сказать, что до неё дошло.
— Ну и что на этот раз?
— Что на этот раз? — раздался слегка растерянный голос Харри на другом конце.
— Да! Что случилось? Я только что включила телефон, а от тебя семь пропущенных вызовов.
— Где ты и что делаешь?
— Почему ты спрашиваешь? Что-то не так?
— Просто ответь.
Катрина вздохнула.
— Я иду на станцию «Фрогнерсетерен». Оттуда собираюсь пойти сразу домой и выпить что-нибудь покрепче.
— А Арне? Он с тобой?
— Нет.
— То есть не там, где ты сейчас?
— То есть в обоих смыслах.
— Что случилось?
— Да уж, что же случилось… Вкратце, Арне живёт в другом и, без сомнения, лучшем мире, чем я.
