Кровавая Луна завораживает своим мрачным светом, как и королевство Ревность — мир грехов и искупления. В этом поэтическом эпосе Норвегии Ю Несбё создает пугающую атмосферу смертельной опасности, где каждый шаг может обернуться кровавым проклятием.
Рад поговорить о работе, но ничего не скажет о себе, как и ты. Этот парень даже не скажет тебе своего имени.
— Значит, Эл — это...
— Это имя из песни Пола Саймона «You Can Call Me Al»19, сечёшь?
Харри ухмыльнулся.
— «Ты кажешься чуть нервным и весь такой из себя», — процитировал Эйстейн. — Ты в порядке?
Харри пожал плечами.
— Возможно, я сам стал немного параноиком.
— Эй, — раздался чей-то голос. — Товар есть?
Харри обернулся и увидел мальчика в худи.
— Ты думаешь, я дилер? — прошипел Эйстейн. — Иди домой делать домашку!
— А ты не дилер? — спросил Харри, наблюдая, как мальчик направляется к парню в куртке-парке.
— Да, но не для таких маленьких детей. Я оставляю это Элу и западноафриканцам с улицы Торггате. Кроме того, я, как первоклассная проститутка, в основном работаю по вызову. — Эйстейн ухмыльнулся, обнажив ряд гнилых зубов, и помахал новеньким блестящим мобильным телефоном «Самсунг». — Доставка до двери.
— Значит ли это, что у тебя есть машина?"
"— Конечно, есть. Выкупил тот старый «Мерс», на котором ездил.
— Я бросил. И мне кажется, что у тебя есть свои.
— Твои всегда были вкуснее, Харри.
— Что ж. Теперь с этим покончено.
— Да, понимаю, именно так Калифорния и меняет людей.
— Машина припаркована далеко?
С пружинистых, изношенных передних сидений «Мерседеса» они смотрели на раскинувшийся у моря район Бьёрвика, привлекательный новый городской квартал, включающий районы Ослобукта и Соренга. Недавно построенный здесь музей Мунка казался серым тринадцатиэтажным пациентом психушки в смирительной рубашке, загораживавшим вид на море.
— Господи, какое уродство, — вздохнул Эйстейн.
— Так что ты ответишь? — спросил его Харри.
— На предложение стать водителем и в целом мальчиком на побегушках?
— Да.
— Ты уверен, что он использует «волшебный порошок»?
— Чихает. Большие расширенные зрачки. Солнцезащитные очки лежат на столе. Глаза мечутся по всему помещению.
— Нистагм20. Но проследить связи Рё... Разве он не твой клиент?
— Моя работа заключается в раскрытии убийства, возможно, двух.
