В окрестностях Н-ска, забетонированный подвал в центре земли предлагает непрерывную тишину и предательскую защищенность. В воздухе кипит смрад, выделяющийся из разгромленного мира: потом, крови и жертвенного запаха. Недовыспанный мужчина с откровенно светлыми волосами, ранее темных, умоляюще смотрит на посетителей из-под неумолимого дыбя....
Захват в плен вашего покорного слуги и опять-таки подкуп, но уже с позиции силы и за несравненно меньшую сумму. (Лично мне второй вариант представлялся более вероятным.) Так или иначе, но в обоих случаях я должен был иметь на плечах ясную, трезвую голову, а посему чуть ли не горстями глотал нейтрализующие алкоголь таблетки. Однако «объекты» почему-то не спешили действовать. Наверное, присматривались. К исходу пятого дня моих скитаний я очутился в ресторане «Корчма», принадлежащем некоему господину Ахметову.
"Часы показывали начало восьмого вечера. В отделанном под старину зале вкусно пахло жареным мясом с приправами. Между столиками курсировали светловолосые, длинноногие официантки славянской внешности. С вызывающими разрезами на груди и в предельно коротких юбочках. Насколько я знал, они не только разносили блюда, но и удовлетворяли похоть посетителей. Правда, не всех желающих, а лишь тех, на кого указывал метрдотель. (Тоже, кстати, славянин.)
«Нравятся „зверям“ наши бабы, – ковыряя вилкой в холодной закуске, мрачно думал я.
– Эй ты, чыго рассэлся?! – наступив мне на ногу, прорычал здоровенный, низколобый чечен.
Неподалеку маячили трое его соплеменников, схожей комплекции, явно изготовившиеся к нападению. «Ага, вот они, родимые! – подумал я. – Вышли наконец на контакт. По варианту номер два. Не пожелали дипломатию разводить. Предпочли грубый наезд. Гм! Неудивительно. „Звери“ они и есть „звери“. Вышеуказанные мысли вихрем пронеслись у меня в голове, а тело тем временем начало действовать.
В том, что хам со товарищи посланы Халиловым и Рашидовым, я нисколько не сомневался. Это раньше, в начале девяностых годов, чечены борзели в центре России почем зря, и тогда «низколобый» мог прицепиться к русскому просто так, куража ради.
