Истории о том, как финишная черта становится новым стартом. Героям предстоит пережить обиды и потери, прежде чем судьба замкнёт круг перемен. Две старинные открытки свяжут прошлое и настоящее, показав, что даже падения делают нас сильнее. Роман о воскрешении надежды и втором шансе.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Круг перемен»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Истории о том, как финишная черта становится новым стартом. Героям предстоит пережить обиды и потери, прежде чем судьба замкнёт круг перемен. Две старинные открытки свяжут прошлое и настоящее, показав, что даже падения делают нас сильнее. Роман о воскрешении надежды и втором шансе.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Истории о том, как финишная черта становится новым стартом. Героям предстоит пережить обиды и потери, прежде чем судьба замкнёт круг перемен. Две старинные открытки свяжут прошлое и настоящее, показав, что даже падения делают нас сильнее. Роман о воскрешении надежды и втором шансе.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Натащили фруктов, цветов, зачем-то мягких игрушек. Назавтра им предстояло ехать на соревнования. Без неё. Пытаясь утешить, девчонки болтали о чём-то несущественном, но беседа постоянно повисала в воздухе, потому что заговорить о спорте никто не решался, а ничего другого не приходило на ум.
— Держись, Низовая, не сдавайся, — пожелал на прощание тренер.
И она послушно кивнула, отчаянно ожидая, чтобы они ушли поскорее и не успели увидеть, как она закусит зубами уголок одеяла, чтобы не завыть в голос.
Держись! Легко сказать! Держаться можно за что-то или на чём-то, например на лодке или, на худой конец, схватиться за бревно. А у неё, кроме боли и отчаяния, не осталось ничего: ни спорта, ни профессии, ни надежд на будущее. Несколько раз в голове мелькала назойливая мысль, что зря «Скорая помощь» оказалась вблизи места аварии, пусть бы лучше раз — и больше никаких проблем в виде унылого полицейского, уверенно объяснившего, что виновата сама, или лощёного адвоката в золотых очках, который дал ей подписать какой-то документ, как оказалось позже — мировое соглашение и отказ от судебного иска.
А ещё приходила мама. Зажав руки между колен, она сгорбилась на кончике стула и тревожно спросила:
— И куда ты теперь с инвалидностью? Насовсем домой вернёшься? Юра говорит, что тогда уйдёт, чтобы нам не мешать. Он боится, что не сможет нас всех прокормить. — Дрожащими руками мама достала носовой платок, высморкалась и спрятала глаза в ожидании ответа.
«Кормить» и «Юра» представляли собой взаимоисключающие понятия. Пока что мама была основной добытчицей в семье, а сама Анфиса благодаря спортивным достижениям ещё в старших классах перешла на самообеспечение.
«Да пусть твой Юра катится колбаской по Малой Спасской в свой Тернополь или откуда он там приехал», — гневом прокатилось в мозгу, но Анфиса сумела удержаться — уж очень жалко выглядела мама с опрокинутым от горя лицом и виноватым взглядом.
Сразу из больницы Анфиса поехала в санаторий, затем в другой. Деньги на реабилитацию утекали как вода в решете, но она обязала себя отставить костыли и подняться на ноги во что бы то ни стало. Остатков накопленных на квартиру средств хватило на съём убогой комнатушки и на то, чтобы продержаться несколько месяцев на время поисков работы. И сейчас деньги подходили к концу.
Близ уездного города Успенска,
1890 год
С Покрова осень вдруг повернула на мороз. Всю ночь крупными хлопьями крутила метель, укрывая снегом груды опавших листьев. Словно пытаясь сопротивляться ненастью, лес глухо роптал с неясным жалобным шумом. Кошка пришла в спальню и свернулась в ногах клубком. Малый огонёк лампадки перед иконой освещал вызолоченный нимб Богородицы и играл бликом на железных шишечках кроватных спинок.
