Вышла выносить мусор на дачный участок, и что-то тревожило. Звуки ребенка отдалялись, зато резкий громкий плач все яснее донесся к контейнерам. Бросив два больших пакета, обернулась — улица была пустынна как во сне.
Сердце на его словах забилось чаще. Малыш признал меня своей мамой? Возможно ли такое?..
От этих мыслей хотелось петь, улыбаться, обнять всех присутствующих в комнате. Мне кажется, даже свидетельство об усыновлении на руках не привело бы меня в такой восторг, как то, что я сейчас услышала. Ведь документы – это всего лишь бумага. А сейчас речь шла о чем-то большем, о чем-то, чего я пока не понимала, но что мне казалось безумно важным.
Просмотрев все «чеки», Марк Александрович уверил меня, что малыш полностью здоров, дал рекомендации по уходу и кормлению, ответил на, казалось бы, бесконечный поток моих вопросов, прописал витамины в каплях, лекарство от колик и сказал приходить через месяц на очередной прием.
— Извините за глупые вопросы, — благодарно попросила я под конец разговора."
"— О, поверьте, это свойственно для молодых мам, — врач доверительно наклонился вперед. — Бывают и глупее. А у вас еще такой необычный случай.
Из больницы я выходила в приподнятом настроении, полностью погруженная в «материнские» мысли.
— Осторожнее! — ворчал на меня Александр, когда я чуть не сбила кого-то низкорослого на входе.
Ему несколько раз пришлось взять меня под руку, иначе я точно в кого-нибудь бы врезалась. Я смотрела на зевающего малыша в переноске и не могла думать ни о чем другом, кроме как о сказанных доктором словах.
— Марина, ты здесь вообще? — сердито спросил он, когда я в очередной раз споткнулась на парковке.
— Нет, — искренне ответила я.
Александр, до этого хмурый и серьезный, не выдержал и в ответ на мою улыбку тоже улыбнулся.
— Ладно, в машину. Отвезу тебя домой.
Прошмыгнув на заднее сиденье, дождалась, пока гарпий займет водительское.
Он завел мотор и поправил зеркало заднего вида, в котором на мгновение отразилось его лицо.
— Большое спасибо, что помогаешь, — с чувством поблагодарила я.
Брови прокурора опустились, и он отвел взгляд. Что я не так сказала?
Вспомнилась девушка-администратор, пытавшаяся дать свой номер телефона гарпию.
— Даже если это часть твоей работы, спасать волшебных детей… — чувствуя неловкость, пробормотала я. — Все равно, большое тебе спасибо.
— Это не часть моей работы, — фыркнул он, выезжая с парковки. — По крайней мере, не должно быть ею.
— Ты так говоришь, будто тебя кто-то заставляет, — его тон обидел, но я постаралась не придавать этому значения.
— Можно сказать и так.
