В Александр-Шанц, где солдатская рота мушкетеров стоит на боевой готовности, дядька капрал Цыган указывает на группу незнакомцев. Здесь воздух напряжен от недавних событий, и чувствуется что-то необычное в приближении высокопоставленных лиц — словно мир тонет в тайны, скрывающихся за обычными повседневностью....
Кандидат на офицерство должен еще владеть двумя иностранными языками, причем как минимум один из них должен быть европейским. На турецком-то вы все бодро лопочете. Нужно хорошее образование. Необходимо хотя бы знать основы естественных наук. Ну и светский, а также военный этикет, умение держать себя в обществе, это все тоже очень будет нужно."
"– Если уж так строго к этому подходить, то я и сам не очень-то соответствую, – усмехнулся Алексей, вспомнив, как ему трудно было на высоких приемах. – На бальный танец я так и вовсе не решился, боясь за милых и хрупких дам.
– Это все не шутки, Алексей, – бригадир внимательно взглянул на майора. – Ты сам выходец из потомственного, хотя пусть даже и небогатого дворянства. А вот они все из подлого сословия, и между вами огромная пропасть. Чтобы ее преодолеть, мостик должен быть очень и очень крепким. Даю твоим кандидатам срок в один год. За это время они должны будут так подготовиться, чтобы всем выдавшим им поручительства и ходатайства не было за это стыдно. Понимаешь?
– Так точно, ваше высокородие! Спасибо за доверие, – поблагодарил фон Оффенберга Алексей.
Всех пятерых кандидатов, выбранных Алексеем, барон принял лично, уделив каждому не менее получаса.
– Барабанщик и твой вестовой выглядят вполне себе достойно, – делился своими выводами господин бригадир. – Как я понял, они даже за картографов у Ивана Абрамовича в Херсоне и в его окрестностях выступали? Как же, лично от генерала наслышан про все это дело. Вот, кстати, к нему-то ты и можешь обратиться за поддержкой.
