В кабинете полковника Тарасова напряжение росло с каждой минутой: восемь человек из оккупированного Перекопа столпились вокруг него, ждя слово. Сообщение о том, что перекопские укрепления были пробиты противником, привело к панике среди военных. Полковник Тарасов с оттенком холодной уверенности подтвердил噩耗，气氛瞬间凝重起来。...
– За что тут просить прощения? Оно ведь и вправду – мы были далековато…
– Вот то-то оно и есть, – горестно сказала женщина.
– Как его зовут? – спросил Завьялов.
– Вот те на! – удивилась женщина. – Неужто не знаете?
– Мы много чего знаем! – значительно сказал Волошко. – А твое дело не задавать нам вопросы, а отвечать. Понятно тебе или не понятно?
– Никитой его зовут, – неохотно ответила женщина. – А фамилия Филиппов.
– И откуда ты это знаешь? – удивился Волошко.
– Как он мне назвался, так я вам и говорю, – спокойно ответила женщина.
– Как вы с ним познакомились? – не отвечая на вопрос женщины, спросил Завьялов.
– Да как… Обыкновенным образом. На базаре. Базар-то у нас работал даже при немцах. Вот там и познакомились. Слово за слово, улыбка за улыбкой… А улыбаться он умел! Не улыбка, а маков цвет! Такой-то улыбкой он очарует кого угодно. А я – женщина вдовая…
– И руки – нежные и мягкие, без царапин и мозолей, – добавил Завьялов.
– Да, и руки… – удивленно произнесла Надежда.
– Сказано тебе, мы знаем все! – недовольно повысил голос Волошко. – Вот что ты за женщина! Ведь сколько у тебя ненужных вопросов!
– Когда вы его видели в последний раз? – спросил Завьялов.
– Когда расставались, тогда и видела, – ответила женщина.
– А точнее?
– А точнее… – Надежда призадумалась. – Точнее – когда немцы уже сбежали из города. А вы, значит, в город вошли. Вот тогда мы и виделись в последний раз.
– Расскажите подробнее, как это было, – попросил Завьялов.
– А что было-то? – нехотя ответила женщина. – Ничего и не было. Расстались – он и ушел. Вот с той поры ни слуху о нем, ни духу. Где-то, наверно, он есть и сейчас. Да только мне без разницы.
– И что он сказал перед уходом? – спросил Завьялов.
– Если не считать всяких обидных слов, то можно сказать, что и ничего, – грустно усмехнулась женщина.
– Ну, обидные слова, это понятно, – нетерпеливо произнес Волошко. – При разводе оно всегда так бывает…
– Что, и ты тоже разведенный? – стрельнула глазами Надежда.
– Это тебя не касаемо! – недовольно ответил Волошко. – Потому что не ты нас допрашиваешь, а мы тебя! Понятно это тебе или нет?
– Понятно, – самым невинным голосом ответила женщина.
– А тогда отвечай, что еще помимо обидных слов сказал тебе на прощание твой муж! – потребовал Волошко.
– Сказал, чтобы я его не ждала. Потому что наша любовь закончилась.
– Вот так прямо и сказал? – не поверил Волошко.
