Уже возле джипа гоблины, уже понявшие что их ‘гонят в плен’, сделали попытку садиться на заднее сиденье, но Толик со словами ‘Да вы очумели, уроды!’ пинками выгнал их, и велел забиваться в багажник. Как они уместились – не знаю, всё же три достаточно здоровых парня, да ещё со связанными руками, – но Толик забивал их туда буквально пинками, и как-то они там уместились. Сложились как Тетрис. Сумки мы погрузили на заднее сиденье, и кое-как с Элеонорой устроились на них; но уж в любом случае с большим комфортом, чем гоблины в багажнике. А что? – выезд был не напрасный... По дороге домой Толик всё хохмил, вспоминая, как Элеонора разыграла отморозков. – Да, красота плюс актёрские данные, – страшная сила! – говорил он, подмигивая ей в зеркало заднего вида. Бледная Элеонора вымученно улыбалась. У меня же тошнота почти что совсем пошла. Остановились около арки возле нашего дома, которую
со стороны проспекта загораживал обшарпанный грузовик с надписью ‘Продукты’ на кузове-кунге, почему-то стоящий прямо на тотуаре и загораживающий арку от проспекта. То ли он случайно тут оказался, то ли Толик его подогнал специально, но удобно он стоял. Толик объехал его, и аккуратно зарулил в арку. Со стороны двора она была частично закрыта остовами двух сгоревших машин, и вся закопчена – да, горели тут неслабо машины пару месяцев назад, и никто не почесался ни тушить, ни убрать сгоревшие. Из открытого багажника слипшихся, слежавшихся как шпроты в банке, гоблинов пришлось выковыривать ‘одним куском’ – так они сплелись. Грохнулись на асфальт все втроём, приглушенно взвыли, – и уже там распались на индивидуальности. Елозили по асфальту, не в состоянии сразу встать, выли, плакали и матерились. Мы вытащили пока сумки, Толик запер машину, поставил на неё сигналку. Нет, не автосигнализацию-пиликалку, а батину самоделку, сделанную на основе безпроводного дверного звонка, который раньше стоял ‘на охране’ подвала. Сейчас он жалел, что всего-то пару их купил в своё время, пожадничал; а штука оказалась полезная, нужная, – при попытке открыть дверцу у нас дома звенел звоночек. Можно было принимать меры. Полезная штука дистанционка, там хотя и заявлено 150 метров, – до нас хватало, мы проверяли. Ещё одной защитой машины было то, что бензобак был на замке, да Толик что-то снимал в моторе. И уж на крайний случай, в виде психологического воздействия, не лишнего, впрочем, на приборный щиток он клал картонку с лаконичной надписью: ‘Тронь машину – и тебе отстрелят яйца’. Пока никто не трогал. Наконец гоблинов пинками удалось поставить на ноги и гуськом погнать по проспекту, держась поближе к стене дома, к входу в магазин под Башней.