Дикая мысль мелькнула в его мозгу – рывком достать верный люгер (всегда наготове, всегда за поясом, всегда надёжен,безотказен), – мгновенно, движение отработано тысячами повторений, никто даже понять ничего не успеет, – и прострелить ей голову! Потом – ствол себе в рот... Зачем жить?? Зачем жить, если всё кончено? Сколько можно терпеть, надеяться? Ведь всё кончено – неужели непонятно?? Она так и не поняла, что только мгновение отделяло её от небытия. – Бать, пошли, а? Или я пойду – а ты дай мне свой ствол? Ну? На ночь – дай? Я тебе завтра верну... – канючил что-то почувствовавший Сергей. Взгляд Олега упал на сына. Тот тоже что-то говорил, но слов не было слышно. Нет. Рано ещё уходить. Впереди... Да. Семьи нет, будущего нет. Но есть интерес. Просто интерес – жить дальше, и смотреть – до чего же мы все, чёрт подери, докатимся? И это, чёрт подери, интересно! И потому...Потому можно и подождать. Куда спешить? Всегда успеем! Кто сказал, что будущего нет?? Кто сказал, что цели нет? А просто жить, – разве не цель? Слегка пошатываясь, больше не сказав ничего, он пошёл спать. *** – Лена, зачем ты так?.. – подсела к столу Люда, когда кроме них с Леной и Володи, убиравшего со стола, никого в комнате не осталось. Лена только всхлипывала, уронив голову на стол. Люда стала гладить её по спине, успокаивая. Обернулась к Володе: – Что ты? Ты не убирай, оставь, я сама сейчас помою, пока вода горячая. – Я парафин пока потоплю. Свечки поделаю. – Да что на ночь глядя-то? Горит, что ли? – Так недолго ведь. Пусть застывает пока. Чтоб формы не простаивали... Литьё свечей стало для Володи своего рода хобби в постБПшной Башне. Деятельная натура требовала дела. Он уже не мог позволить себе бегать, тренироваться на улице, и потому бегал, нарабатывая сбитые за время скитаний и голода, навыки, по этажам Башни. И весь день он был занят, упорно трудясь на большом хозяйстве Башни, а вечером, больше ‘для души’, лил свечи. Прочёсывая окрестности с мародёрскими целями, Олег, Толик и Сергей не миновали и 118-ю поликлинику, теперь – с выбитыми стёклами на первых-вторых этажах, с сорванными зачем-то входными дверями. Собственно, для мародёров там не было ничего интересного, – лекарственные лотки, процедурные и аптеку разорили гопники в поисках наркоты и спирта ещё в первые недели безвластия. Но Олег знал, что искать – в кладовой он обнаружил запасы медицинского розового парафина, применявшегося в процедурах. Его было много – порядка 20 килограмм в 500-граммовых кирпичиках, завёрнутых в пергаментную бумагу, и он был никому тогда не нужен... Сейчас Володя освоил из него производство свечей. Технология была несложной, но не без хитростей: в конусного вида форму, склеенную из бумаги, натягивался вымоченный в растворе буры и высушенный хлопчатобумажный фитиль.