В высокой сухопарой женщине лет сорока густо выделились черты суровости и решимости. Губы плотно сжаты, взгляд бесстрастный — типичная таинственная фигура, которую нанимает миссис Норидж для раскрытия семейных секретов. Говорит она по-прежнему: "Я имею в виду не биографию, сэр, о чем-то важном для вас."...
Я каждое утро забирался на дерево, чтобы полюбоваться на них. А сегодня залез, а они… они… Они пропали!
Он со страхом взглянул на миссис Норидж, боясь, что над ним будут смеяться. Но гувернантка даже не улыбнулась.
– Это очень печально, Норман. Пропали только птенчики?
– Нет, все гнездо. – Он вытер слезы. – Значит, они все умерли.
– Все гнездо? – повторила миссис Норидж. – Покажи-ка мне это дерево, Норман.
Они вышли в сад, обогнули дом и остановились возле старого раскидистого дерева.
– Гнездышко было вон там, на третьей ветке, – показал мальчик.
И тут миссис Норидж выкинула фокус. Она ухватилась за ветку над головой, подтянулась с неожиданной для своего возраста легкостью, перебралась на ветку повыше и встала, держась за ствол.
От изумления Норман даже забыл о своем расстройстве.
– Вот это да! Миссис Норидж, где это вы так научились?
Но гувернантка не ответила. Она оглядела ветку, на которой раньше было гнездо, а затем внимательно осмотрелась вокруг. Особенно ее заинтересовал вид в окне, которое было прямо напротив.
С той же легкостью миссис Норидж спустилась вниз, спрыгнула на землю и отряхнула ладони.
– Ты, наверное, думаешь, что гнездо пропало из-за тебя? – спросила она.
Норман молча кивнул.
– Я не трогал их, – горячо сказал он, – я знаю, что нельзя! Но скворцы все равно кричали и вились вокруг.
Миссис Норидж присела перед ним на корточки и взяла за руки.
– Можно испугать птиц настолько, что они бросят своих птенцов. Но чтобы они унесли гнездо – о таком я не слыхала. Поверь мне, ты ни в чем не виноват.
Успокоив мальчика, миссис Норидж направилась прямиком к его отцу.
– Мистер Кендел, могу я поговорить с вами?
– О, конечно. Что-то с детьми?
– Нет, с ними все в порядке. Не считая того, что Норман был сегодня очень огорчен…
– …какими-то птенцами, знаю, – подхватил Эдвард. – Я не придал значения этим глупостям.
Миссис Норидж поджала губы.
– Осмелюсь сказать, сэр, напрасно. Это важно.
Эдвард Кендел недоуменно воззрился на нее.
– Что важно?
– Исчезновение гнезда. Учитывая это, а также пересоленную еду, я бы очень рекомендовала вам, сэр…
Она замялась. Эдвард наклонился вперед:
– Что рекомендовали бы?
Миссис Норидж вскинула на него серые глаза.
– Сменить код на замке в вашу оружейную комнату, сэр.
Несколько секунд Эдвард удивленно смотрел на нее, а потом расхохотался.
