В высокой сухопарой женщине лет сорока густо выделились черты суровости и решимости. Губы плотно сжаты, взгляд бесстрастный — типичная таинственная фигура, которую нанимает миссис Норидж для раскрытия семейных секретов. Говорит она по-прежнему: "Я имею в виду не биографию, сэр, о чем-то важном для вас."...
Когда отец ослеп, обоняние помогало ему находить трупы животных. Теперь вы понимаете, почему я не слишком люблю говорить об этом? Скульптор Боннэ – сын сборщика дохлятины! Да если об этом узнают, меня засмеют.
Он рухнул на стул и обхватил голову руками.
Старый Фредерик щедро плеснул в стакан виски и подвинул к нему.
– Мистер Боннэ, успокойтесь, – с жалостью сказала Нора. – Мы никому не расскажем об этом.
Но Алекс самодовольно осклабился.
– Вам, милый мой, следовало раньше задуматься о столь неприглядных фактах вашей биографии! – напыщенно заявил он.
Нора растерянно взглянула на отца, однако старый Фредерик был занят тем, что старательно отмерял точную дозу выпивки для себя самого. Тогда миссис Эванс собралась с духом и бросилась на баррикады, невзирая на благоговение перед великим писателем.
– Мистер Клифорд, прошу вас… Это не наша тайна!
– Не вижу ни одной причины скрывать от общественности происхождение нашего благородного творца.
Последние слова Алекс произнес с невыразимым сарказмом.
– В таком случае, – вдруг объявил Патрик, насупившись, – я тоже не вижу ни одной причины скрывать, что именно вас я вчера видел у двери миссис Макнормик.
Линда впилась глазами в Клифорда и подалась к нему, точно хищная птица.
– Это правда?
Писатель отпрянул и замотал головой.
– Ничего подобного не было!
Нора от удивления выпустила собачку.
– Дорогой, в самом деле?
– Да. Я не хотел говорить. До последнего надеялся, что все это как-то рассосется само собой…
Патрик виновато развел руками.
– Это вы подбросили мне шнур! – зашипела Линда и бросилась на Клифорда."
"Алекс отпрыгнул с неожиданным проворством, словно ему не в первый раз приходилось спасаться бегством от разъяренной женщины. Он кружил вокруг стола, а миссис Макнормик преследовала его по пятам. Рядом металась Нора, призывая к миру и стараясь не наступить на болонку. Миссис Норидж заняла позицию возле шкафа со старинным сервизом и застыла, как изваяние, охраняющее фамильные ценности.
– Чушь! – выкрикивал Клифорд. – Я действительно был!.. Но вовсе не затем! Ой! Не для того, чтобы насолить вам…
Линда остановилась напротив него, тяжело дыша.
– А для чего же? – прищурилась она.
– Я не обязан…
Бокал, пущенный ее рукой, разбился об стену возле уха Клифорда. Тот подскочил, словно заяц, и пронзительно взвизгнул.
– Ату его, миссис Макнормик! – одобрил Боннэ, но под взглядом Патрика осекся.
