Автор
Материнская любовь может быть жестокой. Генри чувствует себя несчастным в люкс-отеле, где каждый шаг под ногами, а уборщица и горничная готовы оскорбить его самолюбие. Он отправляется в одиночку на прогулку в маленький городок, надеясь найти покой. Но там он знакомится с девушкой, чье присутствие таит в себе более глубокие загадки....
– Но, Лиза, я упаду, сломаю шею, умру, ты останешься вдовой, – попытался запугать супругу толстячок.
– Богатой вдовой, – подчеркнула дама, – существительное «богатая» скрасит мне горечь потери мужа! И еще хорошая новость: если ты уедешь на кладбище, мне более не придется встречаться с твоей мамашей! Герман! Вперед! Наряжай хозяина! Не стой кипарисом.
– Нас определенно из-за одинаковых фамилий и инициалов перепутали, – неожиданно сообразил Кукушкин, – вот он вылитый Дон Кихот.
– Молчать! – скомандовала Лиза. – Не умничай!
– Наше милосердно-благотворительно-показательно-развлекательное шоу стартовало, – заорал динамик, – перед жюри гарцуют три мушкетера.
– Ура, – закричали вдалеке голоса, – ура!
– Через минуту мы увидим Даму с собачкой, потом Буратино с Мальвиной, следом Дон Кихота и Санчо Пончика! – доложил динамик. – Музыка!
Раздался бравурный марш.
– Герман, займись, наконец, хозяином, сажай хозяина, – приказала женщина стоящему молча рядом с ней мужчине.
– Иван Павлович, забирайтесь на Эльдара Эдуардовича, – засуетилась Таня.
– И как это сделать? – осведомился я. – Прошу простить, я никогда не ездил на осле. Один раз в детстве в возрасте пяти лет катался в Московском зоопарке на пони, но меня поместили в тележку. Приключение мне не понравилось, маленькая лошадка отвратительно воняла.
– Я помогу вам, – пообещала Таня, – главное, не издавайте громких звуков, животина их до поноса боится. И не перепутайте его имя, иначе он встанет и дальше не пойдет, пока не извинитесь.
Глава 32
– Помните роль? – спросила Таня, когда я, восседая на ослике, оказался на финишной прямой, которая вела к трибуне с гостями и жюри.
– Медленно проехать по дорожке, притормозить около судей, поднять руки, сказать торжественно: «О!» – и ускакать прочь, – перечислил я.
– Вы самый умный и понятливый, – польстила мне Таня, – держите Эльдара Эдуардовича за поводья. Умоляю, не перепутайте его имя.
– У меня цепкая память, – заверил я девушку и поелозил в седле.
– Вам удобно? – осведомилась Татьяна.
