Автор
В Новороссийске прозвучали выстрелы, и мир резко изменился: Русский банк для внешней торговли стал центром кровопролития в январе 1911 года. Бандиты, подстроившиеся под тихую улицу, внезапно появляются в преддверии двенадцатого часа - число идет на двадцать. Несколько групп человек с черными пальто и скрытой жестокостью готовятся к масштабному штурму. Мир рушится, как каркас зеркала в пронзенном луче дня....
Это вторая нефтяная компания в мире после американской «Стандарт Ойл». Твиди – директор-распорядитель Англо-Румынской нефтяной компании, одновременно генеральный директор Англо-Майкопской и вице-президент Англо-Персидской нефтяных корпораций.
– Как он относится к «майкопскому чуду»?
Простой с виду вопрос заставил Гукасова задуматься:
– Хм… Я понимаю, о чем вы. Да, тут есть двойное дно, как всегда у англичан. Твиди хочет заработать на кубанском топливе. Но еще больше он хочет его контролировать. Как бизнесмен – слышали такое слово?
Пришла очередь задуматься сыщику.
– Спасибо, я понял вас. Но вы ведь сотрудничаете с англичанами?
– Глупо было бы игнорировать островитян. С их-то капиталами. Приходится дружить через силу. Но мне это выгодно.
– Разумеется, – кивнул Алексей Николаевич. – Я продолжу. У майкопского месторождения есть будущее?
Промышленник откинулся на спинку стула и впервые взглянул сыщику в глаза:
– Интересные вы вопросы задаете… Да, будущее есть. В последнее время мне кажется, что ожидания несколько преувеличены.
– Это лично ваш нефтепровод или в нем тоже есть доля Твиди?
– Есть, хотя контроль принадлежит мне.
– А второй?
Гукасов с досадой сообщил:
– Нефтепровод, который тянут в Туапсе, будут контролировать британцы.
– Он мощнее вашего?
– Мой тоже о-го-го! Может качать сто шестьдесят тысяч пудов в сутки. Это больше двух с половиной тысяч тонн – мы оперируем международными мерами…
– Я знаю.
– Нефть гонят две насосные станции: одна, в станице Ширванской, выдает тысячу двести тонн, вторая, в Ходыженской, еще больше – до двух тысяч восьмисот тонн в сутки. А в Екатеринодаре я строю бензиново-керосиновый завод. Твиди будет вынужден со мной считаться.
Гукасов посмотрел на часы и присвистнул:
– Пора в вагон.
– Последний вопрос, и пойдете. Когда введут в действие нефтепровод до Туапсе, ваш не обанкротится?
– Нет. Туапсинский заработает не раньше сентября. А у меня уже контракты с приискателями на пять лет вперед. Потом, в Новороссийске есть все необходимые портовые сооружения для перевалки нефти, а в Туапсе их придется строить с нуля. Ну, прощайте!
Миллионер небрежно кивнул сыщику, кинул на стол трешницу и пошел на перрон. Сзади, крутя головой, семенил охранник.
