В сумрачном зале конференций, взгляды людей скрываются за крышкой чашек. Агафонов самодовольно заявляет о сокращении бюджета для поездки на отдых. Народ вздыхает, но Агафонов игнорирует их раздражение, всегда решительно перехватывая ситуацию в свою пользу.
— Нет, — вздохнула она тяжко. — Мы теперь живем на окраине. Я туда без Миши полдня добираться буду. Лучше пойду у него в кабинете полежу, — грустно пробормотала она.
— Обезболивающее выпей, — посоветовала Рубакина.
— Ага, — охнула Ева и, проглотив залпом мутную жидкость, отправилась в святая святых. Она уже зашла в приемную и лишь на секунду остановилась около Агафоновского дракона.
— Михаил Александрович предупредил, — улыбнулась Ольга и закивала как китайский болванчик. Она сочувственно глянула на Еву, словно ребенка баюкающую больную руку, и добродушно предложила:
— Хочешь, плед дам и подушку? Мы тут держим в запасе…
Ева кивнула и уже собралась спросить, зачем в кабинете нужны спальные принадлежности, если буквально до последнего Агафонов жил двумя этажами выше.
— Держи, — протянула она Агафоновское приданое и удивленно посмотрела в сторону открывшихся дверей лифта.
Из кабины лифта вышла довольная как кошка Дана. Букет роз и щедро расстегнутая на груди блузка будто кричали о грехе.
— Хорошо размялись, — промурлыкала она. — Наш мальчик спустится позже, — фыркнула лениво. — Что смотришь, девочка? — поинтересовалась равнодушно. — Никогда бабу после ебистона не видала? — осклабилась глумливо и, виляя бедрами, отправилась к себе.
Еве показалось, что весь мир остановился. Замерла с пакетом в руках Ольга. Да и сама Ева почувствовала, что не в силах и пальцем пошевелить. Даже кабина лифта, распахнув двери, казалась чудовищным оскалом.
Безотчетно Ева шагнула внутрь нее и нажала на заветную кнопку. Вышла из лифта в пентхаусе и сразу наткнулась на закрытые створчатые дубовые двери, должно быть выехавшие из секретных пазов. Она глянула изумленно на отгороженную часть квартиры и свернула налево. Прошла мимо белых пустых стен по округлому коридору и сразу увидела большую квадратную комнату без окон, кровать с белым кожаным изголовьем, смятые простыни.
«Нет, — мысленно охнула она. — Ни за что! Встретиться в такой момент лицом к лицу с Агафоновым — лишний раз унизить себя», — пронеслось в голове.
