Аня стесняется своей внешности, постоянно напоминая себе о том, что аккуратней с куколкой – своими ногами. Она мечтает, что ее обожающий знакомый не заметит, что ей плохо от его рукопожатия — словно на какой-то конкурс красоты. Но все идет наперекор ее ожиданиям...
Чувствую удовольствие, когда оставляю удар за удром.
Сам, хотя у меня для этого есть охрана, которая забирает грязную работу. Но не сегодня. Пацан решил подставить куколку, продать её. Пусть прочувствует на своей шкуре, что бывает, когда попадаешь не в те руки.
– Он твой.
Киваю Литвину, отхожу. В этом мы солидарны – если пацан выйдет живым, то остаток жизни потратит на лечение.
– Я ничего не знаю, реально. Просто пацаны предложили заработать.
– А то, что девчонка не согласна, тебе до фени?
– Анька бы поняла, согласилась.
Договорить не успевает. Захлебывается, сплевывает кровь на пол. Кажется, Литвин сломал ему нос. Снова.
– Зачем за ней приехал? Кто сказал?
– Никто. Ладно-ладно. Чувак один, имени не знаю. Сказал, что Аньку нужно привезти к нему. Я решил сначала, что она просто сбежала оттуда. Сказал, что тогда с меня слежку снимут. И смогу дальше жить нормально.
– Не сможешь.
Обещаю, а свое слово держу. Даю свои людям знак. Пусть добивают всю инфу, проверяют, у кого такие полномочия есть.
Кто бы не скрывался под номером семь, должен был понимать, что с Аней всё время охрана будет. Да и ни мне, ни Литвину никто указывать не сможет. Тем более, оставить в покое Диму.
– Ммм, - Анюта ворочается, стоит забраться в кровать. – Ты холодный. И ты тоже, - бурчит недовольно, отскакивая от Алана. Ржу, наблюдая за её хмурым личиком. – От вас сыростью пахнет.
– В душ потом пойдем.
– Потом?
– Именно.
"Переворачиваю куколку на спину. Развязываю пояс на халатике, пока она сонно моргает. Приходит в себя слишком поздно. Когда понимает, что хотим от неё, уже выгибается на встречу.
Подставляет губы под поцелуи, позволяет укусить. Адреналин плещется, сводит с ума. И своими стонами девчонка делает только хуже. Всхлипывает, стоит коснуться подрагивающего живота.
Вопрос в том, выдержишь ли ты.
Пока Аня так реагирует на меня – легко.
Эпилог
– Иди ко мне, малышка.
Настя встряхивает темными волосиками, поднимается с пола и бежит жаловаться.
– Ударилась? – кивок, от которого её кудряшки подпрыгивают. – Больно?
– Да!
– И что же нам делать?
Смотрит серьезно, жмет плечами. И поглядывает в сторону вазы с конфетами. Ещё и вздыхает театрально громко, привлекая внимание. Ну как же так.
За такую трагедию полагается награда.
И я безвольная, потому что поддаюсь.
