Аня стесняется своей внешности, постоянно напоминая себе о том, что аккуратней с куколкой – своими ногами. Она мечтает, что ее обожающий знакомый не заметит, что ей плохо от его рукопожатия — словно на какой-то конкурс красоты. Но все идет наперекор ее ожиданиям...
Повторять не будем, придумаем что-то новое. Или ты мечтала о том, что будешь хранить своё тело для Димы? Для кого-то ещё?
– Н-нет. Но это же неправильно. Мы не… Это ужасная ситуация, а вы делаете только хуже, зажимая меня.
– А кто решает, что такое правильно, а что нет? Мы никаких законов не нарушали, никому не вредили. Секс, Анна, только между двумя людьми. Тобой и мной. И что этих двоих устраивает – правильно. Если мы оба кончаем от этого, если нам нравится, то здесь нет ничего плохого. Ни повода для стыда, ни смущения.
– Я… Ладно.
– И заметь, пока ты будешь в душе, я не собираюсь сбегать. Это было нечестно, не считаешь?
– Алан!
Со смешком выхожу из ванной, оставляя девушку в одиночестве. Ей есть, что обдумать. Надеюсь, что в её темной головушке что-то станет на места и больше гонятся не придётся."
"Дико хочется курить, и я спускаюсь на первый этаж. Удивительно, что Давид не выставил меня вон ещё ночью, когда я так нагло ворвался. В первый и во второй раз. Но деловая репутация для него важна.
Может быть, Анне и вовсе нужно пространство дать, чтобы не давить. Малышка, хрупкая. Куколка – как Воронцов называл её. Таких сломать очень легко, а девушке вредить не хотелось.
Я могу гавнюком быть в работе, но не в отношениях.
– Че такой довольный? – Давид курит на крыльце, с подозрением оглядывая. – Куколка где?
– В душе ещё. Узнал, кто аукцион выиграл? Не странно, что победитель не явился за призом?
– Значит, реально подарок.
– И?
– Девка одна, часто таскается. Тина, в общем, со всеми трахается, у неё стопов нет. Так что за деньги должна быстро имя сдать.
Значит, нужно эту Тину найти.
– Говорить с ней будем вместе, - решаю быстро, потому что доверять Давиду – гиблое дело. – Чтобы ты не подкупил на нужный ответ.
– Зачем? Это ведь вопрос моего бизнеса.
– И хочешь сказать, если «куколка» окажется моей – ничего не сделаешь?
Потому что в моей голове уже кружат разные идеи, как не допустить этого.
Даже на один раз, на один вдох. Не из-за того, что я помешанный на невинности псих. Но… Это ведь Анна. Как представлю, что она с другим будет, так кожу шпарит кислотой.
Забрать, спрятать, не подпустить Давида.
Будь это другая девчонка – я не стал бы заниматься подобным.
