Пютте аккуратно вытирает помаду с его щеки.
– Не знаю. Но это, наверное, лучше, чем умереть, как моя мама.
Сигге волнуется, но остается доволен, когда Пютте разворачивает его лицом к большому зеркалу.
– Я не похож на папу. Я похож на клоуна.
Оба взрываются смехом.
– Вообще-то да, – соглашается Пютте. – Папа-клоун!
Они смеются так, что из глаз брызжут слезы. Пютте обнимает Сигге, чувствуя разделяющую их холодную подвеску, и отодвигает ее.
Ей не нужно больше друзей. Она любит Сигге и хочет, чтобы ее мама тоже была шлюхой, а не мертвой.
– Не нужно мне никакого успокоительного! – закричала женщина, когда Мартин, Йоста и Патрик вошли в дверь.
Мартин пытался избавиться от чувства, будто он здесь незваный гость, но это было выше его. Они ворвались в дом, где все дышало горем. Мельберг предпочел дожидаться снаружи – якобы нужно встретить подкрепление, которое они запросили, чтобы прочесать остров. Однако правда состояла в том, что предстояло слишком много работы внутри.
– Но, Луиза, тебе полегчает. Просто прими…
Голос Хеннинга Бауэра звучал настойчиво и обеспокоенно, но Мартин видел, как Луиза затрясла головой, когда они вошли в гостиную.
– Я хочу сохранить способность ясно мыслить. Нужно выяснить, что все-таки произошло. Мы на острове, здесь никого больше нет. Убийца – один из нас!
Голос сорвался и эхом прокатился по комнате.
– Не говори так, Луиза, – резко оборвала ее Элизабет Бауэр. – Среди нас нет убийцы. Он прибыл прошлой ночью, на лодке.
Луиза не ответила, рухнула в кресло и зарыдала. Элизабет склонилась над ней.
– Может, тебе лучше прилечь?
Красные круги вокруг глаз и чуть заметное подергивание губ – вот все, что напоминало о том, что сегодня утром внуки и сын Элизабет найдены мертвыми.
– Мы приносим свои извинения за то, что вынуждены побеспокоить вас в таком горе, – осторожно заговорил Патрик, – но нам нужно будет поговорить с каждым из вас.
– Что, сейчас? – Глаза Хеннинга тревожно забегали. – Вам нужно поговорить с нами прямо сейчас? Это не может подождать? Мы только что потеряли…
Старик не нашел в себе силы закончить фразу, замахал руками. Рядом с Мартином возник обеспокоенный Йоста. Двое медиков вопросительно смотрели на полицейских.
– Похоже, вы здесь больше не нужны, – сказал им Патрик. – Обязательно оставьте образцы отпечатков обуви для сличения.
Медики кивнули и ушли. Хедстрём прокашлялся.
– Как я уже сказал, мы должны взять ваши свидетельские показания.
– Можно начать с меня, – Луиза вытерла нос и выпрямилась в кресле.
