Духовное напряжение Владимира Андреевича резко возрастает после трагической казни Нелюба Обрятовича, когда его терем вдруг охватывает душистая жажда крови. Но князь несет дело зла самому себе, отправляясь на Куликово поле с отрядом людей, чтобы пролить кровь богатырей и тем самым очиститься от своих грехов....
Иная забота терзала его, вызывая тревогу и омрачая радость от одержанной победы. Среди уцелевших в сече князей и воевод не было Великого князя.
Бросив клич среди воинов, чтобы все искали на побоище Дмитрия Ивановича, Владимир Андреевич вернулся на поле Куликово, все неровности которого, усеянные телами павших, уже слегка скрадывались в своих очертаниях наступающими сумерками.
«Нужно найти брата моего еще до ночи, – говорил Владимир Андреевич ратникам и воеводам. – Ежели он тяжко ранен и истекает кровью, то непростительно будет не отыскать его сейчас и утром обнаружить бездыханным».
Поиски начались с того места, где в начале битвы стоял сторожевой полк, первым принявший на себя удар ордынской рати. Воинов из этого полка уцелело очень мало, а возглавлявшие его князья и воеводы полегли все как один. Не один час ушел на то, чтобы разобрать завалы из мертвых тел на месте яростной сечи, в которой погибла половина передового полка, и на пути отступления уцелевших ратников к основным русским силам. Тело Великого князя там не было найдено.
«Значит, не погиб мой брат в начале сражения, – возрадовался Владимир Андреевич. – Выходит, сумел пробиться к стоящим в глубине поля полкам. Нужно искать его повсюду! Значит, есть надежда найти его живым!»
В одном месте нашли мертвого русского витязя в золоченых доспехах Великого князя московского. Но это был Михаил Бренк. Ратники, не видевшие Дмитрия Ивановича в лицо, поначалу решили, что нашли тело Великого князя, и пребывали в глубокой скорби. Осознав свою ошибку, воины проявили бурную радость, приложив новые усилия для поисков Дмитрия Ивановича.
В этих поисках принимал участие и Нелюб, из-за своей раны отставший от серпуховской дружины, участвовавшей в преследовании разбитых татар. Осматривая мертвецов там, где стоял в сече полк левой руки, Нелюб нашел тело воина, внешним обликом очень похожего на Великого князя. Но оказалось, что Нелюб принял за Дмитрия Ивановича старшего из белозерских князей, Федора Романовича, сложившего голову в момент самого сильного натиска татар на левый русский фланг.
В это время на противоположном конце Куликова поля спешились с коней на опушке леса юный гридень и две девицы в восточных одеяниях. Это были Прохор и Настасья с Лейлой. Они тоже приняли посильное участие в поисках Великого князя, осмотрев на побоище не одну сотню мертвых тел. Вид многих тысяч залитых кровью трупов, иных даже изрубленных на куски, в конце концов довел обеих спутниц Прохора до состояния сильнейшей дурноты.
