Духовное напряжение Владимира Андреевича резко возрастает после трагической казни Нелюба Обрятовича, когда его терем вдруг охватывает душистая жажда крови. Но князь несет дело зла самому себе, отправляясь на Куликово поле с отрядом людей, чтобы пролить кровь богатырей и тем самым очиститься от своих грехов....
Янина была одета в обычное длинное платье из побеленного льна с короткими рукавами и неброской вышивкой у ворота, в таких здесь ходили многие простолюдинки. Украшений на Янине не было никаких.
Подруги вышли к стене из желтого кирпича, отделяющей собственно Сарай от предместья. Они уселись в тени на обрубке толстого бревна, чтобы дать отдых ногам.
– Я поражена ничтожности и никчемности хана, а ведь ему служат тысячи людей, от его имени с населения собирают налоги, вершат суд, назначают чиновников, – делилась Настасья своими впечатлениями от пережитого.
Настасья вдруг закашлялась, словно подавившись чем-то.
Янина внимательно посмотрела на подругу.
– Ты, часом, не беременна, милая? – тревожно спросила она."
"– Беременна, – ответила Настасья, не глядя на Янину. – Я же говорила тебе при первой нашей встрече, что старший сын Бетсабулы балуется со мной в постели.
– Вот она, рабская доля! – хмуро обронила Янина. – Поскорей бы уж князья наши в силу входили да пустили бы Сарай дымом по ветру!
– Князь Дмитрий ханским ярлыком владеет, но дань в Орду не платит вот уже восемь лет, – промолвила Настасья с загоревшимися глазами.
– Верно молвишь, Настя. Верно! – с воодушевлением в голосе сказала Янина.
