Утро подбросило лагерь шокирующей новостью: воины толпились возле королевской ставки, стремясь первыми увидеть исход сложившейся ситуации. Ветви деревьев залились человеческими телами — все зеваки сидели на перекосившихся ветвях, отдаляя радостную весть до последних верхушек леса. Каждый, кто оказался выше, мог рассказать другим о том, что видел и слышал глашатай — стоящий на помосте и читающий длину свитка....
Охотничьим срезнем с широким наконечником в виде лопаты плотную кожу не пробить. Они шли от деревеньки к деревеньке, благо между ними зачастую всего пара тысяч шагов была. Россыпь поселений носила название вервь и была мелким родом, собранным из близкой родни. Близкой до того, что девок всегда выдавали замуж в соседнюю вервь, и оттуда же брали невест. До следующей верви, как правило, было полдня пути, и хозяева указывали гостям дорогу. Тут все еще рубили лес для запашки, но уходить на новое место пока не собирались. Урожайность была такова, что с десятины земли на месте сведенного леса могла прокормиться целая семья.
Отряд шел по льду малых рек, ведь в лесу кое-где и по грудь снега было. Волки, следившие за ними из редких зарослей, разочарованно отводили морды в стороны.
* * *Место, что позже назовут Чешским раем, в это время раем не было точно. Суровые скалы, уходящие в небо каменными столбами, были окружены глухим бором.
"Так и размышлял Велимир, аккуратно прощупывая путь на юг, к более сытой жизни. Слухи до него дошли, что где-то на Дунае богатый торг есть, который держит какой-то паренек. И городище крепкое себе поставил, и соседние роды под себя подмял.
