В свете яркого солнца на берегу хищной ловлей рыбалки проплывает живое и динамичное действие. Животные черты у Митьки, кормчего, в поле зрения не остаются — он тщательно изучает каждый силуэт в глубине воды, ища подвоих в этой жестокой игре. Купец с его опытом непременно заметит этот момент....
Взвешенные решения! Для того после визита в Москву Федотки Царь взял себе время подумать. Теперь тянуть с «делом англичан» было нельзя. Вопрос встал ребром. Благо все необходимые исходные данные для принятия взвешенного решения оказались на руках. В Москву накануне прибыло посольство англичан во главе с капитаном Гуго Уиллоби, сопровождаемое новгородскими купцами. Царь «помариновал» послов для порядка, заставив прождать недельку-другую, чтоб англичане не зазнавались и не удумали о себе чего, а теперь настала пора пригласить сэра Уиллоби на встречу в Кремль.
Глава 2
Купцы собрали отличную команду, поэтому путешествие в Москву оставило у Митьки самые благоприятные впечатления. Не быстро, правда, добрались. Три недели как с куста. Однако рыбачки впервые в жизни получили возможность ничего не делать и наслаждаться дорогой, любуясь видами. И они ловили момент. Когда еще так в жизни все сложится?
С Митькой, правда, на первый же день приключилась неприятность.
В Москву прибыли поздним вечером двадцать первого дня.
Водой.
Через Волок Ламский шли, где через Ламу, приток Шоши волоком переправились в Волошню, бывшую притоком Рузы.
Их узнали и ждали.
Благо, что сопровождающие делегацию царские люди вперед весточку послали, посему и встретили, и проводили в выделенные им покои. Благо, что уже сумерки подступились. А с наступлением темноты жизнь в Москве замирала. И самостоятельно им бы пришлось не сладко.
Таможенные заставы, стоящие на оконечности каждой значимой улицы, перекрывали проезд. Затворяя ворота. Да и ворота крепостные закрывались.
В Москве запрещали перемещаться по городу в темное время суток иначе как с факелом или фонарем. Дескать, пытаясь таким образом избавить город от воришек и прочего поганого люда. Но все жители на это плевали, потому как никто исполнение этого правила не контролировал.
