От прикосновения его пальцев к анусу, вздрагиваю и пытаюсь увернуться, но хваткая рука крепко держит за шею.
— Я все равно возьму тебя туда. Везде возьму, — не оставляет надежд Истомин, удерживая меня на месте.
Прикрываю глаза и смиренно жду, пытаясь ни о чем не думать. Скоро все закончится.
Опять внизу его пальцы. Растягивают всю влагу из лона, тянут ее выше. Ласкают сжатое от обжигающего стыда узкое колечко. Он входит медленно, но мне все равно туго и больно. Вскрикиваю от резких и неприятных ощущений. Как мне это пережить?..
— Расслабь мышцы, — следует приказ. Его рука начинает ласкать и без того припухший и возбужденный от прошлых оргазмов клитор. Ян продолжает входить и выходить постепенно, сантиметр за сантиметром.
Становится легче, когда он выходит наружу со всей длины. Однако, через секунду неумолимо входит обратно.
Мое сиплое дыхание в подушку, его ласкающие меня внизу умелые пальцы… И скользящий плавно, будто поршень, его член, трахающий меня анально. Не знаю, когда я успеваю отключиться от грязной реальности, но вот уже мгновение, и я надрывно и возбужденно подаюсь навстречу его толчкам. Он отпускает мой клитор, и теперь я сосредотачиваюсь только на новых, странных, но оглушающих в горячем удовольствии ощущениях.
«Такое не возможно, не возможно», — бьется в агонии загнанный разум, но через секунду я громко кричу, абсолютно потерявшись и запутавшись в происходящем.
Оказываюсь совершенно не здесь и не сейчас. Стенки ануса рефлекторно сжимаются в своем первом и диком оргазме, по моим щекам совершенно отчетливо текут слезы. Все внизу мокро, горит и пульсирует в жадном первобытном экстазе. Сразу за своим криком чувствую, как Ян кончает в попу, вызывая острые вспышки внутри. Растапливая меня лужей перед ним окончательно. Неспешно выскальзывает из меня, и со стыдом я чувствую, как по бедру стекает его сперма. Его след.
Прячу в подушках свое полыхающее лицо и обреченные слезы. Он так быстро сделал из меня безвольную игрушку в своих руках. Страстно желающую получить изрядную порцию наслаждения. Еще недавно я не имела ни малейшего понятия, что такое секс, а теперь похожа на охочую до него шлюху, выполняющую любую прихоть своего хозяина. Лишь бы он милостиво разрешил кончить.
Все тело подрагивает от стыда и до сих пор пробивающих насквозь спазмов, я подтягиваю под себя ноги и прячусь, избегая взгляда.
Но наказывать физически ему явно мало. Влажная от пота фигура нависает надо мной, обдает терпким мужским запахом.
