При входе в роскошный особняк чувственный шок прорезался: пыль и фальшивая роскошь заставили сомневаться вauthenticity surroundings, казавшиеся излишне помпезными. Каждый предмет был как бы создан для маскировки скромности — от штор до кресел.
Ещё никогда и никого Киан не хотел с такой нестерпимой потребностью так, как Уитни Кларисси. Ему необходимо было чувствовать её рядом. Прикасаться. Осязать. Вдыхать её чарующий аромат.
И чтобы Уитни оставалась рядом, Киан готов был пойти на любые уловки.
Всё же не сдержался и подкинул бедра вперед, отчего вошёл слишком глубоко. Даже успел испугаться — вдруг сделал ей больно? Но увидев, как распахнулись глаза девушки и тут же заполнились нарастающим желанием, затянулись тонкой поволокой, успокоился. Его девочка отвечает с не меньшей страстью.
Больше Киан не сдерживался, за что вскоре и был вознагражден потрясающим зрелищем утреннего оргазма желанной девушки.
***
Киан перенес Уитни к себе в каюту ещё ночью. Сейчас же распорядился приготовить ванную.
— Я не буду принимать ванную у тебя! — краснея, то ли от возмущения, то ли от смущения, заявила Уитни, натягивая простыню до подбородка.
Утренний свет зарождающегося дня внес свои акценты в их отношения.
Киан понимал её чувства, и всё же решился на объяснения:
— Уитни, после того, как ты выйдешь из каюты и пройдешься по палубе, большинство матросов будут знать, что сегодняшнюю ночь ты провела со мной.
По мере того, как он говорил, глаза девушки стремительно округлялись от удивления и недоумения.
— Почему это? — прозвучало совсем по-детски.
— Многие матросы на моем корабле — жители Тезоратля, мы — носители общей крови. И у нас куда более чуткое обоняние, чем, допустим, у жителей того же Бьюри.
— Как у господина Зародски, например, который сразу же понял, что мы любовники?
— Совершенно верно.
Уитни новость не понравилась. Оставалось надеяться, что матросы будут соблюдать субординацию и не посмеют в её сторону бросить даже косого взгляда. Посмотрев на Киана, завязывающего пояс на шелковом халате, четко поняла — не посмеют.
— Хорошо. Тогда я уже жду ванную, — сказала и довольно потянулась, отчего простыня выскользнула из рук, оголив грудь.
И сразу же взгляд мужских глаз задержался на ней.
Ох, Богиня, он только что насытился? Или нет…
Когда за Уитни закрылась дверь в смежную комнату, отведенную под купальню, раздался стук.
— Да, Ярир, входи.
Он знал, что капитан придет к нему с одним-единственным вопросом.
Ярир неизменно его задавал, если на «Кетцалькоатле» присутствовали посторонние.
— Доброго утра, Киан.
— И тебе.
Вошедший мужчина повел носом. Быстро, цепко. Оценил ситуацию, уловив в воздухе запахи страсти и любовных утех, и сделал соответствующие выводы, благоразумно промолчав.
