Автор
В глубине погреба лунный свет играет на старых банках с ягодами. Подозрения кружат голову: куда могла уйти сестричка? Как выбраться из этого подземного лабиринта перед возможной полицейской проверкой? Жуткая и пугающая атмосфера только усиливает остроту проблем.
— Ты сегодня больше никуда не поедешь, — сообщает сухо по пути к машине, — я отправлю своего человека поговорить с твоими знакомыми о сестре.
Резко останавливаюсь, вглядываюсь в его лицо.
— Я не хочу ждать твоего человека! Я хочу поехать туда сейчас. Спасибо за обед, было очень вкусно, но мне пора.
Я была ему крайне благодарна за этот день. Но Аня — моя жизнь. Я разорву в клочья любого, кто встанет на моём пути. Даже его.
— Мне плевать, чего ты хочешь, — сжав моё предплечье, выдыхает мне в лицо. — Садись в машину, или я затолкаю тебя в багажник.
Тут мне становится страшно. Отличать моменты, когда с Сабуровым можно играть в кошки-мышки, а когда слушаться беспрекословно, я уже научилась. И сейчас он демонстрировал второй вариант.
Оглядываюсь непроизвольно, осматривая пути побега. Уже стемнело. Дамы в дорогих нарядах то и дело покидают заведение в сопровождении мужчин. Вокруг меня беззаботная, красивая жизнь. И только я здесь лишняя.
Сабуров прочитал всё по моему лицу даже раньше, чем я успела подумать.
Сколько ни тянула на себя ручку — не поддавалась.
Он сел, и машина тронулась вперёд, набирая с каждой секундой скорость всё больше. И мне отчего-то казалось, что чем дольше мы едем, тем дальше я от сестры.
Вдруг накатила такая сильная, чёрная тоска, что, не ожидая от себя, я заплакала. Навзрыд, задыхаясь и захлёбываясь от собственной боли.
Рядом со мной мужчина, для которого я словно игрушка. Он может делать со мной всё, что вздумается. Я в его власти. Моя жизнь — в его руках. И он отлично знает это."
"А где-то далеко сестра. Моя маленькая испуганная девочка, которая плачет, видя уличных котят. Хотя мы с ней такие же дворовые, выброшенные на произвол судьбы дети. Она ждёт меня. Я знаю, верит, что я её найду. Не могу её подвести.
Я не заметила, что автомобиль остановился. Вздрогнула, когда тяжёлая ладонь легла на мою шею.
— Серафима.
Он произносит моё имя с новой интонацией. Непривычной. Почти мягкой.
Другая рука проскользнула под моими ногами, и неожиданно я оказалась на его коленях.
Глава 16
Смотрю на него заплаканными глазами со слипшимися ресницами. Всхлипывая. Переполненная удивлением.
От его взгляда ток пошёл по венам. Побежал. Заискрился. Дыхание тут же сбилось.
