Действие происходит в 1986 году. Межведомственной спец группе под руководством Горохова поручают опасное задание. Героям предстоит столкнуться с неожиданными препятствиями и раскрыть сложный заговор, который может изменить ход истории последних лет советской эпохи.
Тот самый шубник-мошенник, которого про себя я раньше называл Деточкиным, за схожесть их поступков. Тот самый робингудствовавший медвежатник, которого я когда-то отпустил, и не прогадал. Он мне потом помог в деле Дубова и раненного на своей хате укрывал. Нисколько не изменился за те годы, что мы не виделись — рубленный подбородок, в плечах косая сажень.
— Здорово, тезка! — шагнул я внутрь, как к себе домой, не дожидаясь приглашения.
Все те же мрачные интерьеры, запах табачного дыма и плотно зашторенные окна. Будто я и не уходил отсюда.
— Привет, мент! — шубник протянул широкую ладонь и крепко пожал мне руку.
Колючие проницательные глаза, казалось, выражали безразличие, но я хорошо его знал. За маской сурового мужика скрывалось радушие к старому другу. Ладонь его чуть вспотела, да и уголки губ дернулись вверх, борясь с непроизвольной улыбкой.
— Чай, водки? — предложил хозяин.
— Водки.
— Водки нету, есть чай.
— Сойдет, тогда сахару побольше, мозги прочистить надо…
— Последний раз, когда ты так ко мне заявился, Григорич, — хмыкнул Медведев. — У меня прям в жизни веселая полоса приключилась. Чуть не пристрелили нас, когда мы из окна УВД, как бандиты, сиганули.
— Бывает, — улыбнулся я. — Не пристрелили же…
— Вот чует мое сердце, что ты, Григорич, опять авантюру задумал. Скажи, что я ошибаюсь, и ты больше не работаешь в ментовке, а просто пришел проведать старого товарища.
— Не скажу, но я тоже очень рад тебя видеть. Хорош ворчать, тезка. Чайник будешь ставить?
— Только вскипел.
— Тогда наливай, и печеньки тащи. Знаю, «Юбилейное» у тебя всегда имеется.
— Помнишь…
А то…
Мы расположились в зале, на диване перед журнальным столиком.
— Ну, рассказывай, зачем пришел, — Медведев в нетерпении крутил в руках кружку с надписью: «Олимпиада-80».
— Гараж надо по-тихому вскрыть, без следов чтобы, а потом так же закрыть.
— Эх, опять твои криминальные методы. Ты же помнишь, что я в завязке. В доме быта работаю, дубликаты ключей изготавливаю, а с замками и сейфами — это в прошлом.
— Ничего, — похлопал я его по плечу. — Вспомнишь молодость былую. А криминала никакого нет, там процессуальное действие, все официально, но негласно. Гада одного надо изловить.
— Мясника? — выдал он и поднял бровь.
— А ты откуда знаешь?
— Город слухами полнится… Да и за простым воришкой ты бы в Новоульяновск не приехал.
— Ну, так что? Поможешь?
— А у меня есть выбор?
— Нет, конечно, но все равно спасибо, что согласишься. С меня магарыч. И колбаса… Две колбасы.
