В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
— Можно я закурю? — прервала меня Захарова.
— Да, конечно, вы же у себя дома…
Захарова вытащила из комода пачку сигарет «Winston», дрожащей рукой чиркнула спичкой, но та сломалась. Попробовала еще, но робкий огонек вспыхнул и тут же потух от дрожи в пальцах.
— Я вам помогу, — Погодин по-джентельменски взял спички и помог девушке подкурить.
— Спасибо, — пролепетала Маша, взгляд ее стал будто стеклянный и пустой, проходил сквозь нас и упирался куда-то в стену.
— Редкие сигареты, — заметил я.
— А?.. — будто очнулась девушка.
— Спасибо. Я не курю. Так вот, Мария… Есть основания полагать, что вы тоже находитесь в опасности.
— Почему? — как бы уже отрешенно и на автомате спросила Захарова.
— Я пока не могу это объяснить и доказать, но… Тело вашего отца. Как бы мягко это сказать. Его нет в могиле.
— Как — нет? — сигарета упала на ковер.
Погодин подскочил и ловко поднял ее, но пятно успело расплыться желтой каемкой по проженному ворсу. Запахло паленой шерстью.
Я вкратце рассказал Маше обо всем, что касалось могилы ее отца. Она молча слушала, уже не плакала, а лишь коротко кивала. Бледные губы тряслись.
— В общем, будьте осторожны. Не выходите из квартиры, позвоните на работу и скажите, что заболели.
— Я боюсь… Я… Это же не…
— Вы не дослушали. Вам ни в коем случае сейчас нельзя оставаться одной. С вами останется Федор Сергеевич, — я кивнул на Погодина. — Оперуполномоченный специальной межведомственной группы, капитан милиции.
Федя на меня вытаращился, а я кивнул ему, мол, так надо, друг, и даже не вздумай перечить.
— Он побудет с вами, пока мы не найдем убийцу Владимира Сипкина и не выясним, кто стоит за всем этим. Площадь квартиры позволяет ему разместиться, вас не стеснив, ведь так?
— Ну да… Конечно, — Маша, наконец, слабо улыбнулась, как выздоравливающий больной. — Спасибо вам большое.
— Но это еще не все. У меня к вам будет одна просьба. Это очень важно. Надеюсь, вы ее выполните, как бы неприятно вам ни было это делать, но это может очень помочь следствию…
— Я слушаю, — девушка опять напряглась, а я стал подбирать нужные слова, чтобы не спугнуть ее раньше времени.
— Вам нужно встретиться с братом.
— Мне⁈ Зачем?"
"— Попробуйте поговорить с ним. Я устрою вам встречу.
— Я не хочу! — Захарова вжалась в кресло. — А если он причастен ко всем этим убийствам⁈ И мой отец! Какой ужас, его теперь нет в могиле…
— Не бойтесь, Сава, то есть Борис, будет прикован наручниками.
