В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
* * *— Ли-иза!!! Любимая! — блажил Быков, чуть покачиваясь на богатырских, но сейчас нетвердых ногах, и задрав голову, целя взглядом на второй этаж роддома. — Это я! Эй!!! Ли-из!
— Тише ты! — дернул я за рукав нетрезвого друга. — Всех новорожденных перепугаешь! До колик!
— Не, ну а че она? Где она⁈ — Антоха отмахнулся от меня букетом. Цветы в такое заведение, конечно, не передать — не стерильно. Но отговорить покупать розы я Тоху не смог. Сейчас цветы ни к чему, не выписка же еще. Да и на выписку не особо было принято в восемьдесят шестом с цветами в роддом заявляться.
Антон сунул два пальца в рот и уже собирался изобразить Соловья-разбойника, но окошко над нами распахнулось, и в проеме показалась Тохина жена — Лиза. Я даже не сразу узнал ее — без косметики, в казенном халате с хвостом вместо прически. Не такая, как когда мы по бережку гуляли, а я пытался Зинченко подловить, пока они в речке плескались. Вид у молодой мамы был замученный, но счастливый.
— Антоша! — сначала расплылась она в улыбке, а потом нахмурилась.
— Лизка, покажи дочь скорее! На кого похожа? На меня, да?
— Скоро покажу, на кормление ее должны принести. Сразу и покажу.
— А я думал, Юлька с тобой в палате? — в этот момент Антон качнулся, и ему пришлось опереться на меня.
— Не Юлька это, а Соня, — сквасила губки Лиза. — Сколько раз тебе твердить, в честь моей подружки назовем. Ведь это же она нас с тобой познакомила.
— Какая Соня? — взмахну руками Быков. — Юлька она, и точка!
— Быков, не ори так! Дома поговорим и обсудим все.
Антоха вытянул губы, будто целовал жену на расстоянии, а потом воздел руку с красным букетом вверх, будто с победным знаменем:
— Это тебе! Скажи, чтобы банку в палату принесли!
— Нельзя здесь цветы, ты что? И банки с водой нельзя…
— А что можно? Давай я тебе котлет принесу, что-то ты худая совсем стала. Или плов.
— Тут из продуктов только печенье и сгущенку можно, — отмахнулась Лиза.
— О как! — икнул Быков. — А че так? Кормят-то хоть нормально?
— Обед — щи без мяса, а на ужин капуста, похоже, из тех же щей выловленная.
— Ага, — Тоха бесцеремонно отшвырнул ставший вдруг ненужным букет на землю. — И все? Больше ничего не надо?
— Не надо…
— Так не бывает, Лиз, вот скажи, чего ты хочешь?
— Господи, выспаться просто хочу…
Быков нахохлился, размышляя.
— Это пока невыполнимо, а еще чего?
— Чтобы не пил.
