В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
— Будешь, значит моим информатором, — улыбнулся я.
— Не-е… Стучать я не буду, я тебе так, за кружкой пива все расскажу. А вас-то чего сюда дернули? Нет в городе маньяков.
И, главное, так уверенно сказал, будто сам маньяками заведует.
— Труп есть, значит, и маньяк найдется, — вздохнул я.
— Что за труп?
— Некий Морошко.
— Юрич, что ли? Это которого без головы нашли?
— Ну да, а ты-то откуда его знаешь? Он на фабрике музыкальных инструментов работает, а не на заводе.
— Так это он после туда ушел. В смене Михалыча был, должность невеликая — «отставной козы барабанщик», вот и свинтил он на фабрику.
— Сплюнь!
— Так, может, не маньяк это вовсе.
— Ага, кому тогда понадобилось голову отрезать, да еще труп в лесу привязывать?
Быков в раздумьях постучал бутылкой по колену, содержимое глухо булькнуло. Я ждал его ответа — может, мой старый друг ещё что-то знает?
— Похоже на акт устрашения, — наконец, выдал Антон. — Морошко этот как раз к рыночникам имел отношение.
— Со своего подворья?
— Да, он в пятиэтажке жил, ездил по деревням, скупал по дешевке скотину — и сдавал как свое.
— Так. А кто главный у них? Ну, в смысле, у тех, кто рыночников теребит?
— Кто из нас милиционер, Андрюх? Понятия не имею. Все, что слышал, рассказал. А дальше сам копай.
Возле входа в парк скрипнули тормоза. Дорога хорошо просматривалась — там остановился милицейский УАЗ-ик привычного желто-синего раскраса.
Из машины вывалился широкомордый милиционер с рыжеватыми залихватскими усами. Фуражка чуть набекрень, пузо через ремень. Настоящий бывалый майор.
— Это они, они парнишек избили! — тыкала в нашу сторону та самая сердобольная тетушка в ситцевом платочке, размахивая авоськой. — Сидят, водку жрут! Алкашня!
Милиционер кивнул ей в ответ и что-то сказал, мол, разберемся, понятой будете.
Но после такого предложения тетушку как ветром сдуло. Погрозив напоследок нам авоськой, она поспешила убраться, а милиционер, поправив фуражку, чинно зашагал в нашу сторону.
— Ты смотри, кто к нам идет, — расплылся в улыбке Быков.
— Ага, вижу…
— Выпиваем? — грозно просопел майор.
— Дядя Петя! Ты майор, что ли? — вскочил я с лавки. — Поздравляю!
— Ядрён-патефон! Андрюха⁈ Ты, что ли? — воскликнул Осинкин. — Я тебя не узнал сразу, ого, какой ты стал. Волчара матерый.
Мы обменялись с участковым крепкими рукопожатиями, он снял фуражку и сел с нами на лавочку.
