В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
— Ну, рассказывай, дядь Петь, как жизнь молодая. Смотрю, все никак на пенсию не уйдешь. Молодец.
— Ой, не говори, Петров… Каждый год собираюсь, да все не решусь, вот жду, когда взашей выгонят.
— А что так?
— Да с каждым годом работы все больше, бумажками завалили, а зарплата та же. Этих на учет поставь, тех по месту жительства проверь, прием граждан проведи, материалы отработай, отказной состряпай, поручение следователя выполни в срок, еще и организацию вечернего патрулирования на нас повесили, дружинников теперь инструктируем и вместе на обход участка выходим.
— Ты еще и на вызовы, смотрю, ездишь? — кивнул я на «УАЗ». — Целый майор, вроде.
— Дежурю я сегодня. Все семейные скандалы в городе мои. Вот и хулиганов в парке приехал приструнить, а тут вы…
— Хулиганов мы разогнали, — хмыкнул Быков."
"Он уже раскраснелся и слегка «поехал» от трофейной беленькой, так что его и самого от хулигана было практически не отличить.
Осинкин продолжал устало делиться своим житьем-бытьем:
— А майора мне дали выше потолка, я по-прежнему в должности старшего инспектора.
— А должностью почему не разжился?
— А оно мне надо, Андрюха? Я на своем месте. Народ меня знает, уважает. Бывает, даже из кабинета не надо выходить, чтобы кражонку велосипеда раскрыть. Несколько звонков бдительным гражданам — и Яшка-кривой опять в кутузке.
Я решил начать издалека:
— Да нормально все, квартиру в Москве дали. Вот, с другом встретился.
— С другом, это хорошо… Ну, что сидишь, плесни дяде Пете чуток.
