В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
— Скажите, Маша, — я будто перевел разговор в русло самого Черпакова, — как убитый смог выхватить трёхкомнатную квартиру от фабрики, в центре города, да еще и с таким шикарным ремонтом?
— Ну что вы? — всплеснула Маша руками, так что грудь у нее колыхнулась, — двушка у него, и совсем не в центре. Да и ремонт обычный, как у всех в новостройках.
— Вот как? Значит, у меня неверная информация?
Маша кивнула, раскрыла рот, чтобы еще в красках опровергнуть мои заблуждения, но осеклась. Поняла вдруг, что лишнего сболтнула.
— А говорите, что только в кино пару раз ходили. Кино-то где показывали? По телевизору в квартире Черпакова? В глаза смотрите…
Маша молчала.
— Отрицать вашу связь бессмысленно. В квартире Черпакова в пепельнице нашли окурки сигарет «БТ». Вот если мы с них пальчики снимем, интересно, они совпадут с вашими?
Конечно, следы рук найти на окурках — это из области фантастики, но в бухгалтерии вряд ли знают о таких тонкостях отечественной криминалистики.
— Я… Я… — лепетала Маша. — Мы не афишировали отношения.
Девушка вдруг разрыдалась, то ли от того, что я ее вывел на чистую воду, то ли от тоски по погибшему любовничку.
— А теперь рассказывайте всю правду, — сверлил я ее взглядом.
Она часто закивала.
— Мы не так давно стали с ним встречаться. Но закрутилось быстро. В последнее время Вадик понурый ходил, будто смерть свою чуял.
— С кем у него был конфликт?
— Он не говорил…
— А вот стенгазета обратное показывает.
— Там он просто чуть не подрался с водителем. Ничего такого…
— Вы подписывали ему левые накладные? Мы все равно узнаем.
Маша несколько секунд смотрела на меня щенячьими глазами, а затем тихо выдохнула:"
"— Да, но пару раз всего… Товарищ… Меня теперь посадят?
В глазах у нее, как «снежок» помех, рябил страх — страх несвободы, чужих людей, плохой еды. Страх позора. Обо всем этом не думаешь, когда тебя с поцелуями просят поставить свою закорючку где нужно.
— Если поможете найти убийцу Черпакова, то я замну этот инцидент с накладными, и мы никогда не будем вспоминать об этом, товарищ Захарова.
Бухгалтерша Маша, надо отдать ей должное, немного удивилась:
— Но вы же из ОБХСС, разве вы занимаетесь убийствами?
— У нас особый отдел. Я из Москвы, мы всем занимаемся.
— Я помогу, помогу, скажите только, что делать! — тараторила Маша, цепляясь за соломинку.
— Вот и отлично… — улыбнулся я.
Осведомитель Маша завербована.
Глава 8
— В общем, Маша, — я стал инструктировать вновь испечённого «агента».
