Но за меня это сделал Ли: улыбнувшись, он сказал Бесе что-то. Орионка тоже улыбнулась, но глаза у нее сделались ледяными, а улыбка – кривой, больше похожей на оскал.
Нас довезли до космолета, места в котором уже заняли жители Бетки и других поселений. Они «захватили» семь мест, таким образом, нам мест не хватало. Да еще и баулы свои разложили по тесному салону – не протиснуться. Знакомый нам пилот беспрестанно ворчал.
Пока Солд выяснял у него, откуда столько лишних пассажиров, к космолету пришли еще несколько человек, и тоже с баулами. Всем хотелось попасть на станцию как можно быстрее.
— Я должен быть на станции к назначенному времени, подтвердить бронь на корабль до Горунда, — сказал нам Акела. — Вам придется подождать. Малейв, надеюсь, вы понимаете, что на вас лежит ответственность за курсанток?
— Разумеется.
— А вы, девушки, не доставляйте проблем Малейву.
— Так точно, товарищ лейтенант!
Солд распрощался с родственниками, перемолвился словом со старейшиной, и, не удостоив Бесу и взглядом, занял место в салоне. За ним, с руганью и толкотней, влезли еще двое пассажиров. Шумели они так, что я даже порадовалась, что мы не летим с ними.
Спустя минут семь космолет отъехал от нас, разогнался и оторвался от земли, подняв огромную тучу песка и виляя. М-да… Снаружи эта летающая штуковина выглядит еще ненадежнее, чем внутри.
Старейшина поговорил с Малейвом, попрощался с нами и уселся в кар вместе с Бесой. С нами остались только родственники Солда, единственные приятные люди из поселения. Они разговорились с Линдой, в беседу вступил и Малейв.
И без перевода я понимала, о чем они говорят – об Акеле, Бесе и об этом дурацком браке по сговору. Чем больше я сама рассуждала о выборе Солда, тем больше убеждалась, что меня он взял с собой, как последнюю надежду. Насмотрелся, как я провернула делом с Туллом, и убедился, что уж мне-то удастся провести даже старейшину Бетки.
Так тяжело было решиться на этот полет: Ли пришлось оставить проверки и мечты о работе, нам с Солдом – врать Агапу, Круек пришлось тяжко после перелета… И все только для того, чтобы посмотреть на улыбающуюся Бесу и ухмылочку старейшины.
Неудачно вышло. Но ведь в жизни не бывает все удачно?
Ли подошел ко мне и обнял за талию.
— В тебе столько беспокойства, — проговорил мой профессиональный обманщик. — Что не так?
Да, я беспокоилась. Мне не нравился Ун, не нравились местные, и больше всего не нравился старейшина. Раньше я верила, что наставники – это свет, тепло, исцеление. Лирианцев я считала возвышенными созданиями, не-людьми, ангелами. Это была детская, наивная вера. Я ее потеряла, когда столкнулась со Жнецом Ки Арада, а потом и узнала правду о себе и своих родственниках.
Никакие они не ангелы…"
"— У меня легкая форма астрофобия, — ответила я с заминкой.