Автор
Лукас десять лет проявлял выносливость на море, но сегодня в «Любопытном козле» его не удержало четыре кружки разбавленного эля. Его решительность под вопросом, и друзья Уорт, Белл и Клейтон видят перед собой серьезный вызов — сделать из Лукаса мужчиной, который готов стать отцом....
— Что ты имеешь в виду?
— Я заключил пари с Беллом, что ты не продержишься и дня. — Виконт достал из кармана бумажник, вытащил несколько купюр и передал маркизу.
— Ваше недоверие оскорбительно! — театрально воскликнул Уортингтон, с укоризной глядя на Клейтона, и для верности приложил ладонь ко лбу и похлопал длинными ресницами. — А тебе, друг, напротив, спасибо, — сказал он маркизу, когда тот убирал деньги в карман.
— Насколько я понимаю, ни одна дебютантка в конюшне пока не появлялась, — рассмеялся Лукас.
— Одна была, — ответствовал Уорт, и его странный тон заставил Лукаса взглянуть на друга внимательнее.
— И кто же это?
Герцог откинулся на спинку стула.
— Леди Джулиана Монтгомери.
Белл присвистнул.
— Если не ошибаюсь, это та самая леди, которую ты бросил два года назад?
Глава 9
Фрэнсис, направляясь в библиотеку на следующее утро, твердила себе, что вовсе не рассчитывает на очередную встречу с мистером Лукасом и, тем не менее не смогла подавить разочарование, когда, открыв дверь, обнаружила комнату пустой.
Она поспешила в дальний угол помещения, где, по ее мнению, находились книги по праву. Ей хотелось создать видимость занятости на случай, если мистер Лукас все-таки придет. Минуты тянулись одна за другой, но он так и не появился. Она же стояла и тупо смотрела на толстенные тома, напрочь забыв, зачем пришла.
Когда же дверь наконец открылась и тот, кого она хотела видеть, действительно вошел в комнату с очередной порцией дров для растопки, у нее так сильно забилось сердце, что стало больно в груди.
Фрэнсис так быстро развернулась, что, как ей показалось, был слышен шелест ее взметнувших юбок цвета чайной розы, и громко сказала:
— Доброе утро.
Мать всегда отчитывала ее за громкий голос, но мистер Лукас, судя по всему, даже внимания на это не обратил. На его красивом лице расцвела приветливая улыбка, и он ответил:
— Какая неожиданность: вы опять здесь, миледи.
Фрэнсис подхватила юбки и направилась к нему.
— Вы разочарованы или рады?
Столь фривольно говорить с лакеем недопустимо, она это понимала, но ничего не могла с собой поделать.
— Рад, конечно, — с поклоном ответил Лукас и направился к камину.
Фрэнсис остановилась в нескольких шагах и принялась наблюдать, как лакей положил поленья на пол, снял ливрею, присел перед камином на корточки и стал укладывать дрова.
