Автор
Лукас десять лет проявлял выносливость на море, но сегодня в «Любопытном козле» его не удержало четыре кружки разбавленного эля. Его решительность под вопросом, и друзья Уорт, Белл и Клейтон видят перед собой серьезный вызов — сделать из Лукаса мужчиной, который готов стать отцом....
Девушка со вздохом призналась себе, что могла бы смотреть на него целую вечность."
"— Надеюсь, у вас теперь нет проблем за общим столом? — осведомился Лукас, вернув ее с небес на землю. — Я заметил, что вы пересели подальше от сэра Реджинальда.
— Да, — рассмеялась Фрэнсис. — Мы с леди Клейтон пили чай, и я попросила ее мне помочь.
— Вы так близки с Тео… с леди Клейтон? — Лукас закашлялся.
Фрэнсис прищурилась. Ей показалось, или лакей действительно едва не назвал леди Клейтон по имени? Странно.
— Да, мы частенько болтаем.
Лукас кивнул.
— Да, если бы она не сломала ногу, наблюдая за конем лорда Клейтона, ее судьба могла сложиться иначе.
Фрэнсис в недоумении посмотрела на лакея. Это тоже было странно. Откуда ему известны подробности о личной жизни хозяев? И с какой стати леди наблюдать за конем?
— Ах да, понимаю ваше удивление: я слышал это от кого-то из слуг, — спохватился Лукас и сосредоточился на растопке камина.
Вот, значит, как… Что ж, вполне возможно: слуги обожают сплетничать о хозяевах.
Фрэнсис вздохнула.
— Если леди Клейтон вошла в мое положение, проявила сочувствие и нашла другое место за столом, то матушку едва удар не хватил. Уверена, она потребовала, чтобы леди Клейтон исправила свою «ошибку» и посадила меня на прежнее место. Боюсь, сегодня за ужином я опять окажусь рядом с этим болтуном. Но не беспокойтесь: я больше не стану повторять трюк с вином.
Лукас повернулся к ней:
— Вы поверите, если я признаюсь, что разочарован?
Фрэнсис засмеялась:
— Думаете, можно повторить этот спектакль?
Мистер Лукас пожал плечами.
— Хоть какое-то разнообразие! Скучно, знаете ли, переходить от одного гостя к другому и предлагать кусочек гуся.
Фрэнсис расхохоталась совершенно неподобающим образом.
— Даже не знаю, что вам сказать… Вести светские разговоры с самовлюбленным напыщенным гусаком куда хуже.
— Неужели все они так плохи? — не удержался от смеха и Лукас.
— Те, что были моими соседями по столу, да. Причем не только джентльмены, но и дамы. Вчера я сидела рядом с леди Розалиндой Кранберри. Так вот эта дама могла говорить лишь об одном — как хороша ткань, которую она недавно приобрела, чтобы изготавливать банты. Понимаете? Банты. Весь вечер про банты. Вы можете представить себе что-то подобное?
— Да уж, не слишком интересно.
— Вот и я о том же.
