Внутри стеклянных коридоров мир Ларса дрожит от каждого шага. Его кожа сверкает на солнце, как перламутр, а глаза ярко-зеленые и полны вопросов – здесь каждый из них может быть ответом. Несмотря на первые морщины и легкий бритый лоб, Ларс сохраняет в себе потустороннее ощущение дикости и свободы, словно окаменевший дух, живущий среди людей....
Рыжие берега вгрызались в серую тину. Мы встали возле ивовой рощи.
– Ларс, надеюсь, твои пошлые шутки были не для того, чтобы меня затащить сюда? С целью меня соблазнить? – со смешком промурлыкала Эса.
Я поперхнулся от ее предположения.
– Так ты же сама меня сюда привела?
– Значит, все же с целью мы не спорим? Так?
Да она та еще манипулятор. Жонглирует словами не хуже наших чиновников.
– Я не буду пользоваться твоим подчиненным положением в личных похотливых целях, – я постарался, как можно надменнее и пафоснее это произнести.
– Хм, я запомню, – с усмешкой ответила мне Эса, успев закатить глаза.
Нравится мне эта девушка. Вот была бы она не братом убийце моих братьев, я бы точно горя с ней не знал.
– Мне нужно кое-что тебе рассказать, – заинтриговал я девушку.
Я объяснил Эстрид свое положение в иерархии словенского племени. Рассказал, что буду наследником Гостомысла не только в племени, но и, возможно, в самом союзе племен. А желания у меня нет. Вот не хочу я быть вождем союза, не хочу я править народом, не хочу брать на себя ответственность за судьбы людей.
Пришлось придумать легенду о предсказании. Якобы мне волхвы предсказали, что если у Гостомысла погибнут все сыновья, то он будет вынужден позвать в наследники князя со стороны, который сможет привести словенов к процветанию и величию. Но и это ее особо не убедило. Она не понимала основного – зачем мне все это нужно. Сначала она не поверила в то, что я ей толкую, а когда до нее дошла мысль об инсценировке моей смерти, тут она потеряла дар речи. Минуты две она находилась в некой прострации.
– Ты предлагаешь мне сделать так, чтобы все подумали, будто ты мертв? – озвучила Эса основную идею.
– Именно так. Пусть все думают, что я погиб. Пусть отец будет уверен, что у него не осталось наследников.
– И тогда сбудется твое глупое пророчество и он призовет князя, смогущего провести твой народ к величию?
– Да, так.
– А ты?
– Что – я? – не понял я вопроса.
– Что ты будешь делать? После «смерти»? Чем будешь заниматься?
– К примеру, уйду на юг, буду торговцем.
