Внутри стеклянных коридоров мир Ларса дрожит от каждого шага. Его кожа сверкает на солнце, как перламутр, а глаза ярко-зеленые и полны вопросов – здесь каждый из них может быть ответом. Несмотря на первые морщины и легкий бритый лоб, Ларс сохраняет в себе потустороннее ощущение дикости и свободы, словно окаменевший дух, живущий среди людей....
Или найду себе прибыльное ремесло. Идей много.
– А я? – как-то по-детски спросила, насупившись, Эса.
– А тебя я освобожу от клятвы. Будешь заниматься тем, чем хочешь.
Ей не понравился мой ответ. Это было видно не вооруженным взглядом. Более того, она, наверное, ожидала такой ответ, так как последующий удар был подготовлен. Эстрид без замаха ударила меня рукоятью кинжала, чуть не вспоров мне глотку.
– Ты считаешь, что от этой клятвы можно освободиться, фетюкъ[4]? – кажется, я попал."
"Отскочив, я с трудом сдержал равновесие, подбородок болел.
– Ты клялась, что будешь защищать мою жизнь, а хочешь меня лишить ее, – попробовал я донести до нее нелогичность ее поступков.
– А ты принял клятву и обещал меня защищать от всех моих врагов, – не осталось она в долгу, – как же ты будешь меня защищать, если хочешь освободить меня от клятвы? Освободиться от клятвы можно только через смерть.
Как же все сложно с этой дамочкой. Или не сложно? Может, это я ничего не понимаю? Здесь другой менталитет. Другие ценности и идеалы. Здесь черное и белое – более ярко насыщены. В моем времени эти цвета сливаются и иногда тяжело различить ложь от правды, и наоборот.
– Стой, успокойся, – я поднял руки, сдаваясь, – я осознал свою ошибку. Ты пойдешь со мной на юг. А там решим, чем заниматься.
Эса немного успокоилась. Что-то бубня себе под нос, он отвернулась от меня. Молится что ли? Чуть прислушавшись, до меня донеслись какие-то фразы про: «Дай же мне, Один, терпения», «Спаси меня, Фрея, от глупостей» и «Дайте мне сил, о Боги, не прибить своего сюзерена».
– Что от меня требуется? – спросила Эса, повернувшись.
– Придумай, как можно меня убить, не убивая, но чтобы все поверили в это, – я развел руками.
Закатив глаза, она прошла мимо меня в сторону лагеря.
По пути мы условились встретиться позже. Условным сигналом будет руна ""Эса"". учим письменность, так сказать. Хорошо, что учительница под рукой. Она даже не обратила внимания на мое незнание письменности.
Она сообщила, что, если я уйду с города, не сумев предупредить ее, то она об этом узнает. Видимо, у нее есть свои информаторы в Хольмграде.
До города я добрался без происшествий. У городских ворот мне приветственно кивнули варяги-стражники.
