Автор
Неприятность Говорили, что на набережной появилось новое лицо… Один вечер в июле 1927 года, когда Ялта ожила от волнующих песен и бурлящего моря. На привычном месте отдыха произошло нечто непредсказуемое: подкатившая к набережной машина вывела из нее обычную шляпку, а затем – хорошо вибрировавший постельник в белом. Из него вышел мужчина в сопричастности и открыл оружие против девушки, стоящей рядом и наслаждаясь видом моря....
– Явно богатая замужняя баба, живи себе да радуйся, а смотрит так, словно целыми днями в уксусе сидит. Когда так смотрят – да когда дома непорядок. А какой для женщины самый главный непорядок? Когда ее мужика другая к рукам прибрала.
– Кстати, я слышала, что баронессе Розен муж и в самом деле изменял почем зря, – вмешалась Валя. – Интересно, это ее портрет?
– Ну… может быть, – сказал Володя неуверенно. – Исходя из даты на портрете… из возраста дамы… – И он повторил: – Да, вполне может быть.
– А это тогда получается, барон? – Опалин кивнул на портрет молодого усатого щеголя с собакой.
– Вообще говоря, если бы у нас были фотографии членов семьи, тогда мы могли бы точно что-то утверждать, – заметил Володя. – Даже если картины и правда из того, прежнего, дома, это не значит, что на них изображены обязательно хозяин и хозяйка. Лично мне интересно, почему эти картины так заинтересовали Сашу, что он то и дело сюда приходил.
Опалин вздохнул и почесал щеку.
– Не, ну если бы на картине была гражданка помоложе и покрасивее, а не эта белесая моль, я бы понял, чего он тут шлялся, – заметил лжерепортер. – А так… Ну корабль, ну чаща какая-то. Гражданин с собакой…
И тут Валя удивила всех.
– Слушайте, а может, Саша на «Алмазную гору» смотрел? – бухнула она.
– Какую гору? – озадаченно переспросил Володя.
– Да ту, что на шее у бабы висит. Это их украшение было, фамильное, что ли. Брильянты там всякие, сапфиры и прочая дребедень, в виде горы с водопадом.
– Постой, – начал Володя, оправившись от изумления, – так это не шутка была? Что в доме нашли тайник Розенов, и украшения из него…
– Теперь у Гриневской, – закончила за него Валя. – И самое главное, «Алмазная гора», тоже теперь у нее."
"– Я думал, это сплетни… – вырвалось у актера.
– Не-не, какие сплетни! Все себе захапала. Смешно, да? Розены золотишко на черный день припрятали, а досталось все Фердинандовне, у которой и так денег куры не клюют.
– Мне кажется, – промолвил Володя после паузы, – мы не должны делать выводы на основе… когда у нас нет ничего, кроме домыслов.
– Домыслов? Да Винтерша, как чайник, клокотала, когда увидела эту «Алмазную гору» живьем, и все никак успокоиться не могла.
