В Лед и пламени Тартара, мир переворачивается под ногами главного героя. Начало майских праздников несет в себе таинственное ожидание чудес, пока неясный свет пробивает холод дремучего ледяного пространства. Книга завязана на переплетении любви и смерти, где каждое слово как будто бьется в нервной тоске о судьбе, которая крутится вокруг бездонного Тартара....
– Ненавижу паникеров, особенно тех, которые выдают себя за наследников конторы! Если очень постараться, в «УАЗ» набивается человек десять. Если еще в багажник – двенадцать. И это без пятого измерения! Вопрос только в том – у кого лично я буду сидеть на коленях? У тебя, Эсик? Или будут другие занимательные предложения?
– Я не Эсик и не Эсичка! Попрошу это запомнить! – раздраженно произнес хранитель. – И вообще я поеду на мотоцикле. Я его здесь не брошу.
– О, мотоцикл! Как я могла забыть? Тогда я тоже на мотоцикле! Шагом марш, бегом брысь!.
Ведьма повернулась и стала картинно падать на Эссиорха. Хранитель был поставлен перед выбором: или дать ей упасть, или подхватить. Естественно, он как служитель света выбрал второе и поволок Улиту к мотоциклу.
Багров проводил парочку насмешливым взглядом.
– Профессиональная женская беспомощность. Пока она с тобой, в двух ключах путается, сдачу с десятки не подсчитает и лифт не знает, каким пальчиком вызвать.
– А ты не дурак, некромаг! – оценила Гюльнара. – Хотя с одной оговоркой: есть вещи, которые безопаснее думать про себя, чем говорить вслух.
Забираясь на заднее сиденье «УАЗа», Дафна увидела на коврике соскользнувший букет.
– Что это?
– Черные розы! Вообще не знала, что такие бывают.
Глава 10
ДОРОГА, КОТОРАЯ ШЛА ПО ЧЕЛОВЕКУ
Чтобы человек стал мудрее, его надо эмоционально раскачать. А раскачать его можно только на весах: огорчение – радость. Других весов нет. В состоянии, застывшем в одной из этих крайностей, он думать не будет. Просто не пожелает думать.
«Книга Света»Заблуждение думать, что человек идет по дороге жизни.
