В окрестностях ледяного окосердного существа, которое казалось совсем беззащитным рядом с мальчишкой, толпа людей сновала по площади. Все заняты своими делами, и никто не обратил внимания на бедственное положение ребенка. Десять минут назад я вмешалась в эту толпу, выехав из переулка. У меня была встреча с подругой в кафе по адресу Дворянской улицы....
Поздний ребенок в семье, отец был партийным боссом городского масштаба, мать домохозяйка. Благополучная семья. Но после перестройки отец не нашел себе места, переехал в Екатеринбург, пробовал заниматься бизнесом, не преуспел. Он из тех, кто может только горло драть, а так как места уже были расписаны, пришлось ему из князей в грязь. — Ларионов хихикнул, и я с удивлением подумала, что данное обстоятельство его, по неведомой причине, радует. — Три года назад у него заболела жена, требовалась срочная операция, денег на которую не было.
— Постой, — нахмурилась я. — Он жив?
— Ну, по документам пока точно жив. А что?
Помнится, Нина Константиновна утверждала, что девушка сирота. Впрочем, сейчас, вспоминая разговор с Юлей, я вынуждена была признать, что ничего об отце она не говорила. И сразу подумала о мужчине, с которым она встречалась, возраст вполне подходящий.
— Там есть анкетные данные, — кивнул на бумаги Ларионов, так и не дождавшись моего ответа.
Я приступила к тщательному изучению. Бокова Стелла Леонидовна, мать Юли, как будто не связана с Зотовым. Родилась на Львовщине, окончила институт во Львове, затем замужество, колесила по всей стране с мужем, сначала комсомольским лидером, а затем партийным.
— Спасибо, — сказала я Ларионову, он посмотрел на меня, должно быть, ожидая объяснений, не дождался и ушел. А я набрала номер телефона Ирины Константиновны."
"— Оленька, здравствуйте, — взволнованно начала она.
— Похоже, у Зотова нет никакой племянницы, — сообщила я.
— А я что говорила? — обрадовалась женщина, но тут же сникла. — Что делать? Я уверена, эта дрянь ее шантажирует.
— И чем, по-вашему, она может ее шантажировать?
— Не знаю, — пробормотала Ирина Константиновна. — Если честно… могли бы мы сегодня встретиться?
— Конечно, — взглянув на часы, ответила я.
Мы договорились о встрече, и я поехала домой с намерением забрать Сашку. Долгое сидение дома в одиночестве дурно сказывалось на его и без того скверном характере. Дед предупредил, что вернется поздно, так что ничто не мешало мне посвятить вечер собаке.
