В окрестностях ледяного окосердного существа, которое казалось совсем беззащитным рядом с мальчишкой, толпа людей сновала по площади. Все заняты своими делами, и никто не обратил внимания на бедственное положение ребенка. Десять минут назад я вмешалась в эту толпу, выехав из переулка. У меня была встреча с подругой в кафе по адресу Дворянской улицы....
Он вроде бы оценил мои старания, по крайней мере, избавил от необходимости отвечать на множество глупых вопросов. — Тачка была здесь, хоть в журнале не зарегистрирована, — продолжая улыбаться, сказала я.
Парень не удивился.
— Палыч наболтал, да?
— Меня очень интересует эта машина, — усмехнулась я.
— Ну, поставил я тачку на стоянку, решил немного заработать, что с того?
— Ничего, — покачала я головой. Парень вздохнул так тяжело, что мне стало искренне его жаль, но планы мои от этого не изменились, и он это понял.
— Мужики в ночной клуб собрались. В ""Вестерн"". Это в переулке, — пояснил он, как будто я этого не знала. — У них стоянки нет, только парковка неохраняемая. Вот и попросили… Документов я у них не требовал и номера машины тоже не помню. Обещали забрать ее до восьми утра, забрали. Вот и все.
— Очень похоже на правду, — кивнула я, парень настороженно на меня смотрел, а я продолжала:
— Очень похоже, но есть еще кое-что, так?
— Что есть? — заволновался он. — Не знаю, что вам там дед наболтал, только…
— Мы сейчас вдвоем, — перебила я.
— Я же объяснил…
— Чего ты боишься? — сердито спросила я. — И перестань глаза таращить. Допустим, поставил ты тачку на стоянку, невелика провинность, опять же, место у тебя не такое уж шоколадное, чтобы бояться его потерять. Сейчас мы вдвоем, повода для беспокойства и вовсе нет. Но ты напуган. Этому должна быть причина, и я хотела бы ее знать.
— Да с чего вы взяли? — возмущенно воскликнул он.
А я тихо поинтересовалась:
— Кто был с ними?
Димкино лицо приобрело такое выражение, точно он наступил на змею. Он затравленно огляделся, а потом даже зажмурился, может, всерьез надеялся, что я возьму да исчезну. Делать этого я, естественно, не собиралась, и он это понял. Потосковал и сказал сурово:
— Не лезьте во все это. — Хотел, чтобы сие прозвучало устрашающе, но впечатления не произвел. Исчерпав все возможные средства воздействия на меня, он вздохнул и соблаговолил перейти к делу:
— Был один тип.
Я обратила внимание на выбор глагола ""велел"", а отнюдь не ""попросил"".
— Ну? — поторопила я, изрядно утомившись.
— Что ""ну""?
— Про типа рассказывай.
— Я о нем ничего не знаю.
— Очень мило. Тогда чего мне следует бояться?
— Ладно. С ними был Седой.
— Прости мою необразованность, но данная кличка мне ни о чем не говорит. Это ведь кличка?"
"— Кличка.
